406 1 ГК РФ

1. Кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Кредитор считается просрочившим также в случаях, указанных в пункте 2 статьи 408 настоящего Кодекса.

Кредитор не считается просрочившим в случае, если должник был не в состоянии исполнить обязательство, вне зависимости от того, что кредитором не были совершены действия, предусмотренные абзацем первым настоящего пункта.

2. Просрочка кредитора дает должнику право на возмещение причиненных просрочкой убытков, если кредитор не докажет, что просрочка произошла по обстоятельствам, за которые ни он сам, ни те лица, на которых в силу закона, иных правовых актов или поручения кредитора было возложено принятие исполнения, не отвечают.

3. По денежному обязательству должник не обязан платить проценты за время просрочки кредитора.

Комментарий к статье 406 Гражданского Кодекса РФ

1. В п. 1 комментируемой статьи содержится понятие просрочки кредитора, включающее три вида нарушений: а) отказ кредитора принять предложенное должником надлежащее исполнение; б) несовершение действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнять своего обязательства, что возможно только в двусторонне обязывающих договорах; в) невыдача по требованию должника расписки в получении исполнения.

На практике в качестве просрочки должника рассматриваются: непредоставление покупателем поставщику отгрузочных разнарядок; бездействие кредитора, выразившееся в отсутствии с его стороны действий, направленных на своевременную выборку и вывоз товара или оплату товара; отказ заказчика от приемки результатов работ; отказ кредитора от сообщения должнику своих банковских реквизитов; несвоевременное предоставление новым кредитором должнику документов перехода к нему права требования (см.: Практика применения Гражданского кодекса Российской Федерации, части первой / Под общ. ред. В.А. Белова. М., 2008. С. 1043 — 1044).

2. При просрочке кредитора должнику предоставляется право на возмещение причиненных убытков. Для освобождения от ответственности кредитор должен доказать, что просрочка произошла по обстоятельствам, за которые ни он сам, ни третьи лица, на которых было возложено исполнение, не отвечают, т.е. должен доказать как свою невиновность, так и невиновность третьих лиц. Если же ответственность наступает независимо от вины, например в предпринимательских отношениях, то требуется представить доказательства, что невозможность исполнения вызвана действием непреодолимой силы.

По денежному обязательству должник не обязан платить проценты за время просрочки кредитора. Это могут быть как проценты за пользование денежными средствами, так и проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ и являющиеся формой гражданско-правовой ответственности.

Комментарий к Ст. 431 ГК РФ

1. Правовая норма по определению формальна. Правило поведения, заключенное в норме, должно быть ясным, недвусмысленным и очевидным. Именно этот подход и к условиям договора (договор тоже создает норму, правило для его сторон) положен законодателем и в комментируемую статью. Буквальное значение слов и выражений в тексте договора имеет решающее значение. Если из буквального значения договора четко и однозначно явствуют права и обязанности сторон, нет необходимости выяснять истинные намерения участников. Лишено смысла и не имеет значения, что на самом деле имели в виду субъекты, если из текста договора определенно следуют и предмет соглашения, и права, и обязанности сторон.

Толкуя договор, суд поэтапно:

а) выясняет буквальное значение слов и выражений договора;

б) при недостаточности первого этапа сопоставляет неясное условие с другими условиями и смыслом договора в целом;

в) лишь при недостаточности первого и второго этапа выясняет действительную волю сторон.

Изложенное позволяет констатировать, что при толковании договора действительная воля сторон имеет только третьестепенное значение.

2. Комментируемая статья обращена к суду, однако положения этой нормы имеют значение для любого правоприменителя, всякого субъекта гражданских правоотношений.

Наука.

Решение может быть вынесено в пользу стороны, сформулировавшей условие, лишь в одном случае: если будет доказано, что условие в действительности являлось ясным и однозначно понимаемым. Эту последнюю ситуацию характеризует то, что лицо, требующее учитывать его собственную волю, не может считаться заслуживающим особой правовой защиты, поскольку оно заключило договор, не убедившись в однозначности использования содержащихся в нем слов и выражений.

М.И.Брагинский

Словам и значениям договора следует придавать то значение, которое определено самими сторонами, если не определено, что им придается значение, придаваемое законом; если используются термины специальной сферы деятельности, то они должны пониматься в том смысле, в каком они используются в соответствующей сфере деятельности; если указанные способы не подходят, придается то значение, которое сложилось в юр. науке и практике; если нет такого определения, то придается то значение, которое придается в литературном языке. Слова и выражения договора следует толковать в контексте договора. Идентичным словам в разных пунктах договора нельзя придавать разное значение без достаточных оснований, излишних слов в договоре быть не может. Каждый пункт договора следует толковать во взаимосвязи с др. положениями договора. Толкование одного пункта не должно противоречить смыслу других пунктов. В случае противоречивых, сомнительных выводов следует отдавать предпочтение смыслу, который больше соответствует всему содержанию договора, его целям. Цель договора устанавливается на основе анализа совокупности всех условий договора, в случае неясности следует обратиться к обстоятельствам, которые предшествовали и сопровождали заключение договора. Если ясность условий договора не достигнута, то следует обратиться к практике, возникшей после заключения договора. Слова договора следует толковать более строго по отношению к стороне, которая предложила договор (спорное условие).

А.Ф.Черданцев

Другой комментарий к Ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации

Комментируемая статья относится к правилам толкования договора судом. Содержащиеся в данной статье правила и приемы толкования могут применяться не только судом, но и другими лицами (административными органами, сторонами договора, заинтересованными лицами и т.п.), которые уясняют содержание условий договора.

Данная статья (причем целиком, т.е. как ч. 1, так и ч. 2) может применяться с соответствующими изменениями к толкованию односторонних сделок, в том числе оферты и акцепта, в силу п. 1 ст. 6 ГК (аналогия закона).

Как и другие нормы-толкования, данная статья должна применяться к договорам, заключенным до 1 января 1995 г., т.е. до даты вступления в силу части первой ГК.

Первая фраза ч. 1 комментируемой статьи относится к тем случаям, когда возникает потребность дать толкование отдельных слов и выражений, содержащихся в договоре. Отдельные слова, словосочетания, термины должны пониматься буквально, говорит закон, т.е. так, как они употребляются в обычном, неюридическом смысле. Буквальное значение слов и выражений определяется на основе толковых словарей, энциклопедических изданий, практики взаимоотношений сторон, относящихся ко времени заключения договора.

В некоторых случаях определения слов и выражений, употребляемых в договоре, содержатся в самом договоре; так, например, в договорах часто особо определяется выражение «непреодолимая сила» (см. об этом понятии ст. 401 ГК РФ).

Вторая фраза ч. 1 ст. 431 относится к более сложному случаю, когда, несмотря на буквальное толкование какого-либо условия договора, оно остается неясным. В этом случае, говорит закон, следует сопоставить это условие договора с другими условиями договора и его смыслом в целом. При этом устанавливать смысл договора в целом следует лишь в тех случаях, когда сопоставление отдельных условий не дает возможности уяснить договор.

В ч. 2 комментируемой статьи говорится о «действительной общей воле сторон с учетом цели договора». Это выражение является синонимом терминов «смысл договора» и «содержание договора».

Часть 2 относится к тем случаям, когда сопоставление отдельных условий договора между собой, а также сопоставление отдельного условия договора со смыслом договора в целом не позволяют определить его содержание. Тогда и только тогда, говорит закон, следует выяснить действительную общую волю сторон с учетом цели договора; именно она и должна быть положена в основу определения содержания договора. Это позволяет считать, что в последнем случае норма, содержащаяся в первой фразе ч. 1, допускает возможность абстрагироваться от буквального значения отдельных условий договора.

Вторая фраза ч. 2 предусматривает учет при толковании договора обстоятельств, выходящих за пределы текста договора, а именно: предшествующих его заключению переговоров и переписки, практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, обычаев делового оборота, последующего поведения сторон.

Хотя структурно эта фраза относится только к тому случаю толкования договора, который указан в ч. 2 комментируемой статьи, по своему смыслу она распространяется на все случаи толкования договора. Иными словами, она может быть применена (прямо или в силу п. 1 ст. 6 ГК РФ) к случаям, указанным в ч. 1.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации — КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2005 (издание третье, исправленное, дополненное и переработанное).

Если стороны включили в договор условие о том, что после заключения договора все предшествующие переговоры и переписка теряют силу, то они не должны учитываться при толковании договора (иное мнение высказано М.Г. Розенбергом. См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. 2-е изд. М., 2003. С. 827).

Содержащиеся в ст. 431 правила толкования договора должны применяться, в частности, при решении вопросов о недействительности сделок.

Примечание: Комментируемое определение интересно тем, что буквально за месяц до вынесения решения перед ВС РФ встал похожий вопрос, который был разрешен на основе совершенно другой аргументации.

В Определении от 15 октября 2019 года № 305-ЭС19-12786 Суд рассматривал спор о взыскании с подрядчика неустойки за несвоевременное исполнение обязательств по госконтракту. Датой исполнения обязательств в том случае считалась дата подписания актов приема-передачи. Госзаказчик подписал акты приема-передачи уже после наступления срока исполнения и предъявил иск к подрядчику.

Перейдем к анализу Определения ВС РФ от 20.11.2019 №303-ЭС19-12615.

Обстоятельства дела:

-04.04.2016 г. Министерство и Общество заключили государственный контракт (далее – Контракт) на разработку проектной документации. В Контракте был установлен срок исполнения обязательств – 30.11.2016 г.

-20.06.2016 г. Общество указало на завершение работ и попросило Министерство выдать доверенность, необходимую для сдачи материалов на экспертизу. 10.10.2016 г. Общество повторило просьбу.

-01.11.2016 г. Общество направило в Министерство результат работ.

-19.12.2016 г. Общество вновь сообщило о завершении работ и просило подписать акт приема-передачи документации, который был необходим для направления проектной документации на экспертизу.

-05.12.2017 г. и 12.04.2018 г. Общество получило положительные результаты экспертизы проектной документации.

-25.04.2018 г. Общество отправило Министерству акт приема-передачи и счет на оплату работ.

Ссылаясь на то, что работы Обществом были выполнены с просрочкой, Министерство обратилось в суд с иском о взыскании неустойки.

Позиции нижестоящих инстанций:

Суд первой инстанции удовлетворил иск в полном объеме. Суд округа изменил решение суда, указав на то, что неустойка не может превышать цену Контракта.

Позиция Верховного Суда РФ:

ВС РФ отказался поддержать решения нижестоящих судов. Он согласился с Обществом, что экспертиза является совместной деятельностью сторон по достижению целей Контракта, а потому последствия несоблюдения срока осуществления экспертизы не могут быть возложены только на Общество. Верховный Суд заметил, что суды не проверили довод Общества о том, что длительное прохождение государственной экспертизы связано с тем, что Министерство не исполнило свои обязательства по Контракту в части предоставления исходной документации. Сославшись на положения ст. 404 ГК РФ и ст. 406 ГК РФ, Верховный Суд РФ отправил дело на новое рассмотрение.

1. Должен ли подрядчик нести риски долгого осуществления экспертизы? На первый взгляд кажется, что нет. Той же позиции придерживается и Верховный Суд, отправляя дело на новое рассмотрение с явным намеком на то, что Общество следует освободить от ответственности.

Вполне логичным видится и возможное обоснование: экспертиза не входит в предмет договора подряда. Обязанностью Общества было подготовить проектную документацию и передать ее Министерству. Все, что связано с приемкой работ, экспертизой и утверждением проектной документации – кредиторская обязанность, к которой должник не может и не должен иметь отношения. А потому, долгое осуществление экспертизы, которое привело к тому, что заказчик принял результат работ уже после наступления срока исполнения обязательства, должно считаться просрочкой кредитора. Должник же, как известно, в период просрочки кредитора просрочившим не считается.

Подобная логика прослеживается и в комментируемом определении. Верховный Суд прямо указывает на то, что сам заказчик находился в просрочке.

Однако, представляется, что из данного определения не стоит делать вывод о том, что с того момента, как результат работ начал проходить государственную экспертизу, заказчик находится в кредиторской просрочке.

Просрочка кредитора наступает после истечения разумного (или согласованного сторонами) срока на осуществление кредиторской обязанности. Поскольку экспертиза является необходимым элементом приемки работ, то само по себе ее осуществление не приводит к тому, что заказчик впадает в кредиторскую просрочку. Иной вывод представляется крайне сомнительным: он бы привел к невозможности заказчика тратить на приемку необходимое количество времени, а также не учитывал бы субъектный состав в данном договорном правоотношении (см. ниже).

Верховный Суд абсолютно верно замечает, что проблема в рассматриваемом деле не столько в проведении экспертизы, столько в том, что Министерство не предоставило необходимую для осуществления экспертизы документацию. Соответственно, при ответе на вопрос, за какой период неисполнения обязательств подрядчик отвечает, а за какой – нет, необходимо учитывать, что просрочка кредитора началась не сразу, а по истечении разумного срока на проведение экспертизы. Воспримут ли нижестоящие суды позицию ВС РФ правильно – большой вопрос.

2. Вернемся к октябрьскому определению Верховного Суда, о котором мы говорили выше. Тогда ВС РФ также разрешил дело в пользу подрядчика, используя новый способ толкования условий договора, который можно назвать «толкование в пользу привлекаемого» — если неясно, предусматривает ли условие договора привлечение должника к ответственности или не предусматривает, то выбор должен делаться в пользу такого толкования условия, которое ответственность не предусматривает.

Несмотря на то, что октябрьское дело было разрешено правильно, к аргументации Суда также возникли вопросы.

Во-первых, с политико-правовой точки зрения, поскольку толкование в пользу привлекаемого по существу означает помощь правонарушителю. Насколько это соотносится с презумпцией вины должника и в принципе с традиционным взглядом гражданского права на ответственность – большой вопрос.

Во-вторых, используя такой метод толкования, Верховный Суд нарушает традиционный подход к толкованию договора, который сформировался в отечественном праве, — приоритет буквального толкования над поиском подразумеваемой воли сторон.

То ли Верховный Суд осознал спорность своей предыдущей позиции (что маловероятно), то ли посчитал применение методов толкования излишним, поскольку требование об осуществлении экспертизы следует из закона. Вывод один – подрядчика в подобных ситуациях необходимо защищать.

3. Представляется, что аргументация Суда в комментируемом определении является крайне непоследовательной. Смущает не то, что Верховный Суд сделал вывод о просрочке кредитора – это, как раз, является абсолютно верным. Смущает то, что на несколько абзацев выше данного вывода, ВС РФ зачем-то ссылается и на ст. 404 ГК РФ.

Нормы отечественного ГК о смешанной вине не могут применяться одновременно с нормой о просрочке кредитора. Одно исключает другое. Если факт просрочки кредитора установлен, то это означает, что должник ни в целом, ни в части, не может считаться нарушившим обязательство. Просрочка кредитора не просто констатирует отсутствие вины должника в неисполнении обязательства, она констатирует, что неисполнения обязательства не было.

Потому очень странно видеть, когда Высшая судебная инстанция сначала цитирует норму статьи 404 ГК РФ и вроде бы готовиться сделать вывод о том, что Общество не исполнило обязательство в том числе по вине самого Министерства, а затем приходит к совершенно иному – к отрицанию нарушения обязательства в принципе.

Такая непоследовательность вызывает, по меньшей мере, недоумение.

Выбор применимой нормы влияет на методологию принятия судом решения. Если суд сделает вывод о необходимости применить норму ст. 406 ГК РФ, то для этого ему придется установить, каков был разумный срок на проведение экспертизы и, следовательно, на осуществление приемки. Если же суд сделает вывод о вине кредитора или о смешанной вине, то необходимо установить степень вины каждой стороны в неисполнении обязательства с учетом того, что «экспертиза является совместной деятельностью сторон по достижению целей Контракта».

Представляется, что в рассматриваемом случае речь должна идти именно о просрочке кредитора, о чем уже говорилось выше.

Однако вполне возможно, что более правильным было бы держаться уже сделанного вывода о толковании в пользу привлекаемого, а не разрешать спорные ситуации от случая к случаю. Такая последовательность явно была бы более полезна для оборота, чем хаотичное применение норм ст. 404, 406 и 431 ГК РФ.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *