Экономическая целесообразность

1.4. Факторы, влияющие на принятие управленческих решений

Выбор управленческого решения неоднозначен и во многом зависит от влияния различных факторов на этот процесс. Спектр воздействия факторов достаточно широк. Зачастую их влияние невозможно представить в формализованном виде (например, психологические, типологические факторы), однако их нельзя сбрасывать со счетов.

Рассмотрим некоторые важнейшие факторы, которые влияют на процесс принятия управленческих решений и их эффективность.

Личностные оценки руководителя. Неизбежна субъективность личностных оценок при ранжировании или расстановке приоритетов в процессе принятия решения. Основа формирования всех управленческих решений — система ценностей ЛПР (лица, принимающего решение). Система ценностей определяет его действия и влияет на выбор решения. Каждый человек обладает своей системой ценностей, которая определяет его действия и влияет на принимаемые решения. Например, в процессе принятия управленческого решения руководитель может остановиться на выборе альтернативы, обеспечивающей соблюдение социально-этических норм, но требующей больших временных затрат.

Среда принятия решения, которая может характеризоваться условиями: ?

определенности. В условиях определенности принимается относительно немного организационно-управленческих решений. Однако они имеют место. Ситуации с высоким уровнем определенности называют детерминистскими; ?

риска. К решениям, принимаемым в условиях риска, относятся такие, результаты которых не определенны, но вероятность каждого результата может быть рассчитана. Вероятность определяется как степень возможности свершения данного события и изменяется от 0 до 1. Сумма вероятностей всех альтернатив должна быть равна единице. Наиболее желательный способ определения вероятности — объективность. Вероятность объективна, когда ее можно определить математическими методами или путем статистического анализа накопленного опыта.

Безусловно, руководителю необходимо учитывать уровень риска в качестве важнейшего фактора принятия решения. Например, весьма интересна с этой точки зрения история менеджмента «Макдоналдса», связанная с рисковыми решениями по ассортименту, удачами и провалами. Так, американский предприниматель Рэй Крок, занимающийся франчайзингом торговых точек «Макдоналдса», не только усовершенствовал систему скоростного обслуживания (унифицировав ее и сделав более жесткой — каждый служащий выполнял только одну операцию, что в силу ограниченности меню было оправдано), но и рисковал в поисках решения по улучшению качества и изменения ассортимента блюд.

К примеру, его фирма израсходовала более 3 млн долл. на секрет обжарки картофеля. Однако посетители спустя некоторое время опять начали жаловаться на однообразие меню. Крок все время находился в поисках «изюминок» меню. Он пытался включать в него разнообразные новшества: шоколадное пирожное с орехами и слоеный пирог с клубникой, кекс по 15 центов за кусок, богемские пирожки (которыми в детстве потчевала его мать), бутерброд с ломтиком сыра и кружком запеченного ананаса (специально для православных, католиков). Однако ничто не имело успеха.

И вот наконец один из его первых франчайзеров Джим Делигатти предложил ввести в меню двухэтажный гамбургер со специальным соусом и разнообразными добавками «Биг Мак». Эту идею Джим заимствовал в системе ресторанов «Биг Бой». Риск оправдался. Через пару месяцев «Биг Мак» увеличил объем продаж на 12 %.

Для объективности определения вероятности необходимо располагать полной и достоверной информацией. Для этой цели могут быть использованы как внешние источники (материалы докладов и отчетов правительства по вопросам экономики, демографии и т.д.), так и результаты анализа и информация, собранная своими силами. Очевидно, что релевантная (относящаяся к делу) достоверная информация повышает объективность при расчете рисков. Однако часто организация не располагает достаточной информацией для объективной оценки вероятности, тогда опираются на опыт руководства и его суждения о возможности свершения альтернатив с той или иной вероятностью; ?

неопределенности. Условия неопределенности, в которых принимаются управленческие решения, характеризуются тем, что не представляется возможным точно оценить вероятность потенциальных результатов. Как правило, такая ситуация складывается при воздействии и необходимости учета большого числа раз личных сложных и неисследованных факторов, о которых невозможно получить достаточно релевантной информации. Как следствие, невозможно предсказать с достаточной степенью достоверности вероятность определенного последствия. Для динамичных сфер деятельности, таких как наукоемкая, социально-экономическая, социально-политическая, характерна неопределенность некоторых решений, которые приходится принимать в быстро меняющейся среде. В условиях неопределенности руководитель, как правило, использует один из двух подходов. Он может использовать опыт и дополнительную релевантную информацию для анализа проблемы и придания ряду результатов субъективной или предполагаемой вероятности. Другой подход используется в условиях нехватки времени на поиск информации или недостатка средств на ее приобретение. Он заключается в предположении о вероятности событий, основанном на прошлом опыте, логике и интуиции.

Например, принятие закона об отмене льгот повлекло за собой не юлько активные социальные выступления («за» и «против»), но и не- I ативные экономические проявления (срочная печать проездных билетов для льготников некоторых регионов России). Непредсказуемость последствий принятия этого государственного решения была обусловлена множеством факторов. К их числу можно отнести: различия условий городской и сельской жизни, возрастной диапазон льготников, а следовательно, различия их интересов и возможностей, смену общественно-экономической формации как фактор наличия различных точек зрения с ориентацией на «до» и «после» перестройки и многое другое.

Подробнее вопросы принятия управленческих решений в условиях неопределенности и риска рассмотрены в отдельной главе настоящего издания.

Культурные различия как фактор принятия решений отражают куль- 1урные (национальные) особенности системы управления. Например, и стране может использоваться мягкий или более жесткий подход к выработке и реализации управленческих решений, применяться подходы, имеющие крен в сторону индивидуализма (США) или, наоборот, в сторону национального коллективизма (Япония).

Информационные ограничения. Как уже неоднократно отмечалось ранее, для принятия решения необходимо располагать достаточным, оптимальным или полным объемом информации. Сбор и обработка информации связаны с затратами труда, времени и денежных средств независимо от того, как и где эта информация собирается.

Поэтому необходимо с самого начала изначально оценить затраты на получение информации и выгоду от принятого решения.

Возможны следующие варианты соотношения выгоды и затрат: ?

выгоды от исполнения принятого решения превышаютлибо практически сопоставимы с затратами на информацию. В этом случае имеет смысл вкладывать средства в получение информации (рис. 1.4, а); ?

до определенного момента расходы выгодны (рис. 1.4, б); ?

выгоды превосходят затраты (рис. 1.4, в).

Рис.1.4. Возможные соотношения выгоды и затрат:

а) выгоды от исполнения принятого решения выше либо практически сопоставимы с затратами на информацию;

б) расходы до определенного момента выгодны;

в) выгоды превосходят затраты.

По определению Норберта Винера, информация — данные, снижающие неопределенность в знаниях об объекте управления, среде. Вся располагаемая информация по характеру отражения свойств объекта может быть отнесена к следующим трем видам: 1)

подсознательная информация — формируется на основе опыта предыдущих поколений, собственного опыта и знаний, полученных в процессе обучения, и т.п. С помощью воображения эта информация преобразуется в более или менее формализованный качественный или количественный результат прогноза. Такой подход используется при экспертном прогнозировании. В результате может быть получен качественный (хуже-лучше; больше-меньше и т.п.) или количественный прогноз, план; 2)

предметная информация — формируется путем описания процесса или состояния объекта. Предметное описание объекта прогнозирования позволяет получить результат прогноза с использованием формальных методов математической логики и логики предложений. Результат прогнозирования может иметь только качественный характер; 3)

формальные статистические данные — получают на этапе анализа объекта в процессе разработки управленческого решения. Они по- июляют разрабатывать и проверять статистические гипотезы об адек- натности прогнозных моделей, которые используют для получения прогнозов. Результатом прогнозирования-планирования на основе этих данных становятся количественные оценки.

При принятии решений используют все названные виды информа- ции. Степень осведомленности об объекте определяется как абсолютным количеством информации каждого вида, так и соотношением на- шанных видов информации.

Возможны несколько вариантов структурирования информации, используемой при разработке управленческих решений : ?

по природе условий принятия решений — детерминированные, случайные, неопределенные; ?

по степени формализации решений — интуитивные, предметные, формальные данные; ?

по признаку снятия неопределенности в знании об объекте; ?

по степени достоверности — достоверные (знания, полученные из официальных источников), знания относительной достоверности (полученные из случайных источников), знания с возможным умышленным искажением информации.

Высокая значимость информационных ресурсов проявляется на всех стадиях принятия и реализации управленческих решений.

Временные ограничения. Известно, что с течением времени ситуация может измениться, иногда кардинально, и тогда выбранные критерии принятия решения становятся неактуальными. Поэтому решения следует принимать и исполнять, пока информация и допущения, на которых основаны решения, не устарели и отражают действительное положение вещей, что достаточно трудно реализовать на практике, поскольку время между принятием решения и началом действия велико. Учитывая фактор времени, руководители иногда вынуждены исходить из логических соображений или даже интуиции, тогда как в нормальных обстоятельствах они предпочли бы рациональный анализ.

Столь же опасной может оказаться вероятность опережения решением своего времени. Многие компании вкладывали миллионы долларов в новые проекты, надеясь опередить конкурентов на рынке, и обнаруживали, что припозднившиеся и решившие подождать оказывались п выигрыше.

Поведенческие ограничения. В силу особенностей психологии личности и характера руководители по-разному оценивают значимость проблемы, ограничения и альтернативные варианты. Такая разница в оцен ках нередко порождает конфликты и несогласия в ходе разработки и принятия управленческих решений, а также может оказать решающее влияние на выбор варианта решения. Чувство симпатии или антипатии руководителя к работнику может коренным образом повлиять на принятие решения, например, об увольнении сотрудника.

Взаимосвязь решений. Выигрыш от принятия управленческого решения в одной сфере может повлечь за собой существенный проигрыш в другой. Например, решение руководителя об автоматизации производства, в частности внедрении автоматических линий, как правило, предполагает освобождение рабочих мест, а следовательно, и увольнение рабочих. При этом руководитель должен выбирать те решения, которые дают больший выигрыш. Способность видеть, как встраиваются и взаимодействуют решения в системе управления, становится все более важной по мере продвижения на более высокие уровни власти.

Фактор сложности. Сложность исполнения (реализации) принятого решения зависит от того, какова степен ь охвата различных сфер деятельности фирмы при реализации решения. Чем сложнее решение, тем, как правило, шире круг охвата сфер (материально-техническая, кадровая, организационно-экономическая, маркетинговая, финансовая и т. д.). Чем больше направлений работ и чем больше людей (персонала) вовлечено в сферу реализации, тем сложнее и дороже реализация решений.

Перспективность действия решения. Поскольку любой вариант решения наряду с позитивными не исключает и негативных последствий, то необходимо, чтобы позитивные преобладали и способствовали развитию фирмы, выходу ее на более высокий уровень.

Фактор финансовых вложений и анализа финансовых вложений. При выборе решений, связанных с радикальными нововведениями, как правило, требуются значительные финансовые вложения, средства. Они могут быть собственными и (или) заемными. Важно отслеживать и анализировать соотношение собственных и кредитных средств, с тем чтобы не оказаться в сильной зависимости от внешних источников финансирования.

Экономическая целесообразность принятия решения. Данный фактор связан с оценкой затрат и экономического эффекта, экономической выгоды и предполагает анализ соотношения выгоды и затрат.

Учет других видов эффекта, а именно: социального, нравственно-этического, технического.

Степень риска, связанного с последствиями от реализации решения. Данный фактор требует применения различных методик оценки рисков (финансовых, экономических и т.д.); соответственно, руководитель должен обладать навыками выполнения такого анализа.

Принцип экономической целесообразности.

Первое, что задает направ-ть дейст-й всех представ-лей бизнеса, что роднит множ-во непохожих друг на друга людей, ситуаций и дейст-й — это их след-ние канону экономич-й целесообраз-ти. Канону, к-рый естест-но вытек-т из природы самой деят-ти, т.к. его серьезное наруш-е об-вно лишает ч-ка возмож-ти заним-ся этим видом деят-ти.

Подчеркнем сразу, что принцип экономич-й целесообраз-ти рассматривается нами не как фактор, тотально опр-щий все мысли и поступки бизнесмена, но как нек-рый «огранич-ль снизу». Ведь бизнесмен м. руководст-ся в своей деят-ти множеством различных мотивов, ориентироваться на самые разные важные для себя ценности, но в конечном счете он не м. себе позволить, ч/б принимаемые им по тем или иным мотивам решения оказывались экономически нецелесообразными в такой мере, ч/б представлять собой угрозу существованию его дела.

Но именно этот принцип легко трактуют иначе, когда о бизнесе пишут, что целью его является «жажда наживы», «погоня за прибылью», «выжимание прибавочной стоимости», «сугубая ориентация на выгоду» и тому подобные вещи. На наш взгляд, это именно тот случай, когда, как утверждает Поль Маккэл, «идеология бизнеса затемнена предшествующими исследованиями политической идеологии и пропагандой. Лживость идеологии свойственна гораздо больше политике, чем бизнесу» (135, с. 62).

Однако зададимся простым воп-сом: кто-то же в этом мире д. дейст-ть экономич-ки целесообразно? Т.к. когда этого долго не происх-т, — и мы это хорошо уже знаем, — соц-е и этич-е последст-я м. б. весьма и весьма печальны.

Попробуем, тем не менее, разобр-ся с нек-рыми из типич-х идеологич-х обвинений. Бизнес часто обвин-т в том, что в погоне за наживой он готов переступить ч/з ч-ка и общ-во; что для него нет ничего святого, что в войну он нажив-ся на войне, в период стих-ных бедст-й — на бедст-ях; что при любом удобном случае он готов произв-ть недоброкач-ные товары, к-рые ставят под угрозу здоровье или благосост-е людей, что он завыш-т цены на прод-цию, что он использ-т методы навяз-ния товаров, использ-т практику искусственного устаревания товаров и пр.

Согласимся, что м. найти десятки подтвержд-щих эти факты примеров. И все же при этом постар-ся не занимать классич-й позиции, когда за деревьями не видно леса, и рассмотрим сит-цию в более широкой персп-ве.

Начнем с простого — погони «капиталиста» за наживой, готовности всучить гнилой товар, клятвенно уверяя при этом, что он — лучшее из того, что есть в мире. Даже самый мимолетный взгляд в историю предприним-ства покажет вам, что такими ситуациями б. пресыщена торговля античности, средних веков и нового времени, когда, к пр-ру, м/у русскими и английскими торговцами шла серьезная разборка по поводу того, кто из них больше шельмует при заключении сделок. Однако несомненно, что кол-во подобных историй неуклонно сокращается по мере приближения к нашим дням. Причина? Экономическая нецелесообразность. М. б. бы ссылаться на десятки высказ-ний отечест-ных и заморских купцов, бизнесменов и предприним-лей, в один голос утвержд-щих, что честное ведение дел выгоднее, чем жульнич-во и обман. Но вместо этого заметим, что такому сдвигу содейст-ли и вполне объективные экономич-е причины. С выгодой для себя обмануть ч-ка, как пр-ло, удается т-ко один раз. И поэтому, пока торговля представляла собой, главным образом, перемещения с места на место заезжих купцов, офеней и им подобных, б. экономич-ки целесообразно заним-ся обманом покупателя. Как т-ко торговля оседала на одном месте, обрастала пост-ными покуп-лями – обман-ть их становилось невыгодно. А по мере интенсивного нарастания плотности конкуренции в бизнесе, с начала ХХ века, прежде всего в связи с развитием инф-ционной среды, когда известие об обмане в одном конце света м. б. моментально распространено по всему миру, строить бизнес на основе обмана стало явно экономически нецелесообразно для подавляющей массы предприним-лей.

Неск-ко более сложно обстоит дело с другими обвинениями бизнеса, особенно теми, к-рые звучат со ст-ны гос-ва и политики. Это — обвинения в настойчивом лоббировании своих интересов, стремлении к монополизации, уклонении от налогов и т.п. Нетрудно заметить, что за всеми перечисленными формами поведения тоже легко усматр-ся принцип экономич-й целесообразности. Но кроме того, в отнош-ях бизнеса и политики важно учит-ть и еще 2 обстоятельства, к-рые серьезно влияют на оценку этичности действий тех или иных бизнесменов.

Во-первых, в бизнесе существует весьма примечательная поговорка. «Там, где речь заходит о суммах свыше 500 миллионов долларов, кончается бизнес и начинается политика». Иными словами, тогда перестают дейст-ть каноны, этика и правила игры бизнеса и включаются каноны, этика и правила игры политической деят-ти. Т.е. ч-к, пробивающий через государство проект монополизации отрасли, размещения крупных заказов для своих производств и т.п., действует уже не по законам бизнеса, но по законам политических игр. И прямая обязанность государства — ограничить возможности такого воздействия, устанавливая строгие и действенные законы, регламентирующие лоббистскую деят-ть, противодействующие образованию монополий, уходу от налогов и т.п.

Теоретически, в идеальной схеме взаимодействия бизнеса и государства, бизнес д. активно выполнять свою функцию новатора и организатора произв-ва, ф-цию распределения благ и услуг, а гос-во — выполнять ф-цию большого Общества защиты прав потреб-ля. Ведь гос-во, по определению, и д. действовать, в первую очередь, как представитель, защитник и выразитель интересов своих граждан. На практике, однако, политики часто используют силу бизнеса в своих интересах, и в то же время, памятуя известный тезис «держи вора», с легкостью готовы обвинять предприним-лей там, где, по большому счету, начинается сфера их собственной ответст-ти.

Возьмем пр-ры из прошлого — тезис о роли бизнеса в развяз-нии мировых войн. Нет сомнения, что у опр-ной части влиятельных бизнесменов б. свой интерес в интенсивном развитии военного произв-ва, поставках оружия и продов-ствия. Нет сомнения также, что кто-то из них активно лоббировал свои инт-сы в правит-ве. Но согласимся, что ни один бизнесмен не м. объявить войну др-му гос-ву. Это исключ-льная прерогатива политика.

В сущест-щей сегодня российской действит-ти та же ситуация не менее ярко прояв-т себя и с налогами. Бизнес получ-т тысячи громких обвин-й со всех ст-н в том, что он обкрад-т свое гос-во и граждан, не платя налоги, и лишь специализир-ные статьи время от времени к-рый год подряд устало повтор-т, что дейст-щие в стране налоги не меньше чем втрое перекрыв-т все допустимые для выж-ния бизнеса нормы. Но дело не т-ко в размерах налогов, но и в том, как устр-на налоговая с-ма. А ведь это устр-во – самая что ни на есть прямая забота гос-ва.

Популярная московская газета, напр-р, ссылаясь на одного из видных политич-х деятелей, рассказ-т историю о том, как премьер-министр попросил принести ему список всех дейст-щих на территории страны налогов. Ч/з час на стол премьера легла папка с длинным-длинным списком. Прочитав его, премьер спросил – это все? И получил ответ: здесь т-ко основное, полный список м. б. готов не раньше, чем через неск-ко дней,,, В любой стране мира, замечает газета, эта история звучала бы как анекдот. Но тем, кто живет в этих условиях, отнюдь не до смеха.

Владелец дейст-щей сети магазинов, нервно посмеиваясь, рассказывал следующую историю. «Меня всегда беспокоила эта нелепая ситуация с необх-тью все время укрывать налоги и жить с ощущ-ем, что ты пост-но нарушаешь законы. В какой-то момент я сказал себе, что н. всерьез готовиться к новым временам, когда наконец-то утвердят хоть сколь-нибудь разумный Налоговый кодекс. И я решил потренир-ся — один из своих магазинов сделал образцовым. По нему б. дано строгое указание — все делать максимально законно и выплач-ть все мыслимые и немыслимые налоги, какими бы огромными они ни оказались. Бухгалтер у меня очень толковый, все понял, и мы стали так работать. Неск-ко месяцев я терпел по этому магазину просто фантастические убытки — реальные, не на бумаге. А потом пришла налоговая инспекция. И что вы думаете? Из всех проверенных магазинов они со страшной силой оштрафовали именно этот, образцовый магазин, сославшись на какое-то задним числом подписанное постановление, да еще накрутив на штраф пеню почти за год. С остальными — все нормально. И что, вы думаете, мне н. продолжать такие эксперименты?»

Заметим, что в приведенном случае, наряду с принципом экономич-й целесообразности, не менее важным внутр-м ценност-м стержнем в поведении данного бизнесмена выступ-т и его стрем-ние к «законопослушности». Об этом как-то неловко говорить, но вообще-то подобные соц-но значимые ценности гораздо более распростр-ны в среде бизнеса, чем это традиционно опис-ся в идеологизированной прессе. Причем это хар-рно для всех стран. Так, Раймон Баумгарт приводит в этой связи данные опроса 1700 читателей журнала «Harvard Business Review», популяр-шего издания для бизнесменов, из к-рого следует, что 94% респондентов рассматр-т неогранич-ю макс-зацию прибыли в бизнесе как аморальное дейст-е. И т-ко 15 % опрош-ных согласились с высказ-ем: «Все, что позв-т делать хороший бизнес, этично…». (Легко увидеть, что последнее утвержд-е — лишь парафраз известной максимы: «Цель оправд-т ср-ва»). Из этих и ряда других получ-ных в опросе данных Р. Баумгарт делает след-щий вывод: «Рук-ли бизнеса гораздо больше, чем это обычно принято считать, озабочены соц-ной ответст-тью бизнеса. Они рассматр-т свои корпорации как микрокосм общ-ва, в к-ром они функционир-т» ( цит. по 110, с. 97).

С совершенно иной стороны подтверждает этот тезис и В.Г. Рябков на примере Японии. «В Японии после II мировой войны осн-ми собст-ками приватизир-мого имущ-ва стали самураи и ремесленники. Почему? Первые явл-ся патриотами страны, людьми с высокими моральными принципами, а вторые – профес-лы своего дела и честные работники…» (73, с.47).

Легко заметить, однако, что принцип экономич-й целесообраз-ти и соц-я ответст-ть бизнесмена во многих сит-циях — как и в рассмотр-ном т-ко что пр-ре – м. оказ-ся противоп-жно направ-ми век-рами повед-я и, след-льно, не всегда легко совмещ-ся. Это ставит бизнесмена в довольно сложную ситуацию выбора, к-рую каждый разреш-т по-своему. Кто-то запрещ-т себе думать о соц-й ответст-ти и легко нах-т аргум-ты в поддержку своей «эгоцентрич-й» позиции, кто-то, наоборот, м. чрезмерно увлечься соц-ми проектами и забыть о развитии своего дела.

Так произошло с рук-лем некогда процветавшей торговой компании, к-рый в определенный период своей жизни увлекся спонсорской деят-тью, начав финансирование одной из спортивных команд. Переживания за дела команды, поездки с ними на состязания, вид торговой марки фирмы, нанесенной на форму и оборудование спортсменов, наст-ко воодушевляли его, что он практически перестал посещать свою фирму. Рез-т не замедлил сказаться через несколько месяцев — финансовые потрясения оказались настолько губительными для его компании, что она так и не смогла от них оправиться.

Этот случай приведен нами в связи с тем, что, обосновывая этич-ть и «благор-во» бизнеса, многие авторы любят приводить примеры активной и масштабной благотворит-ти, к-рой заним-ся многие бизнесмены. Нек-рые их оппоненты, без особой опоры на факты, но с активной убежденностью язвительно замечают, что эта деят-ть является для бизнесмена лишь попыткой замолить грехи нечистой совести. Оставим на совести тех и других их убежд-я. Мы ничего не имеем против благотворит-ти, хотя и считаем, что осн-ная форма соц-й «благотворит-ти» бизнесмена — это не спонсорская помощь и не меценатство, а создание рабочих мест, высокая оплата труда (по рез-ту!), внедрение инноваций и прочая повседневная работа бизнеса. Что же до всего прочего, то это — дело вкуса каждого. Главное, ч/б при этом не наруш-ся баланс экономической целесообразности, тонко подмеченный в самом бизнесе в виде такого афоризма: «Хозяин берет из прибыли, вор — из себестоимости». Ведь деньги в бизнесе зарабатываются не т-ко ради того, ч/б делать из них другие деньги. И когда у бизнесмена появляется отчетливый рез-т его труда, свободная прибыль, — его святое право тратить ее так, как он считает необходимым.

Принцип ситуативности.

Принцип ситуативности явл-ся логическим продолж-ем и развитием принципа экономич-й целесообраз-ти и в то же время во многом определяется инновационной природой бизнеса, к-рый зачастую вынужден действовать не в стандартизованных ситуациях, а в условиях высокой неопр-ти. В рез-те во множ-ве случаев, с к-рыми имеет дело бизнесмен, имеется большое колич-во противоречащих друг другу факторов, в том числе и этич-го порядка. Для их разрешения нет разработ-го алгоритма, и каждый раз — это задача индивидуального выбора бизнесмена.

В этом отнош-и, важно напомнить еще 2 аксиомы. Первая из них: у каждого ч-ка при внимат-ном рассмот-нии оказ-ся своя, в чем-то непохожая на любую другую, система этических принципов; так же точно и в мире бизнеса не сущест-т универс-ной, «правильной» этики. То, что мы живем в одном культурном контексте, в чем-то сближает систему наших этических правил и нашего ближайшего окружения, но в бизнесе неизбежны встречи с носителями совершенно иных культур, традиций и систем этики. А кроме того, и это — вторая аксиома, — сами этические системы динамичны во времени. Они вынуждены приспосаб-ся к требованиям жизни, меняющихся обстоятельств, и этот факт чрезвычайно значим для бизнеса.

Но даже утверждение о том, что в повседневной жизни люди живут в унифицированной системе этических правил, при ближайшем рассмотрении может оказаться не более чем иллюзией. Для того ч/б убедиться в этом, достаточно провести небольшой эксперим-т. Заведите с любой группой людей разговор на тему о справед-сти. Ручаемся, что не пройдет и пяти минут, как разговор превратится в ожесточенный спор. И внимательное наблюдение за течением этого спора позволит обнаружить весьма примечательные закономерности.

Для проведения практического эксперимента по этой теме может замечательно подойти, например, задача из обширного репертуара методов нашего коллеги-консультанта П.В. Растянникова.

«ЖЕНЩИНЫ И ДРОВА»
«Однажды собрались вместе три женщины и решили приготовить обед. У них все было — крупа, соль, приправы и даже спички — не было только дров.
Разошлись они в разные стороны и стали искать дрова. Одна женщина принесла 4 полена, другая — 3, а третья дров не нашла, но зато принесла 10 долларов.
Приготовили женщины похлебку, поделили ее поровну и съели, а потом стали делить деньги. Делили-делили, спорили-спорили, да так ни о чем и не договорились.
Как же все-таки правильно поделить эти деньги по справедливости?»

Задача эта неизменно вызывает среди участников обсуждения споры не менее ожесточенные, чем у женщин в приведенной выше истории. И хотя она действительно имеет единственный правильный ответ, прежде чем обратиться к нему, попробуем сначала разобраться, почему эта «арифметическая» задача попала не в раздел «Счетность мышления», а в рубрику этики бизнеса.

Наблюдение за разнообразными участниками дискуссий, решающими эту задачу, рано или поздно приводит к совершенно однозначному выводу о причине этих споров. Причина эта лежит в расхождении исходных ценностных посылок, на основе к-рых решается воп-с о судьбе бедных женщин. Самое, однако, интересное здесь состоит в том, что такие расхождения встречаются практически в каждой группе независимо от состава участников, и, более того, варианты расхождений очень точно отражают в себе ценности различных социальных систем и учений, оказавших влияние на умы человечества.

«Что тут обсуждать — раз съели все поровну, то и делить надо поровну», — горячится одна часть участников. Разве за этим не просматр-ся идея соц-го рав-ва, утопич-е с-мы Мора или Оуэна, «уравниловка», коммунистич-я идея во всех ее исторических разворотах?

Однако другие в ответ резонно указывают, что одной женщине принадлежит больший вклад в рез-т (4 полена!), другой — меньший (всего 3), а третья вообще ничего не делала, т-ко отдала свои деньги. Следовательно, надо высчитать точную пропорцию того, как поделить 10 долларов на семь частей. Разве за такой позицией не стоит принцип «развитого социализма»: «Каждому — по труду»? Помнят ли еще читатели, сколько копий ломалось в свое время в советских организациях по поводу справедливой оплаты труда и критериев трудового вклада?

Среди спорщиков часто находятся и «»анархисты». Их кредо: «Что тут спорить — съели они этот суп и съели. А деньги, м. б., там вообще не н. — если это какой-нибудь необитаемый остров. Разжечь ими в следующий раз костер, и все тут». Призрак Батьки Махно и славного Гуляй-поля проносится в этот миг по аудитории.

Примечательно, что м/у этими этич-ми системами невозможен никакой компромисс. Споры м. продолж-ся до хрипоты, до бесконечности, и лишь кол-венное преимущество сторонников какой-л. точки зрения м. заставить замолчать остальных. Замолчать — но не согласиться, и в глубине души у них все равно останется чувство неудовлетв-ти и несправедливости принятого решения.

Однако, как м. заметить читатель, среди приведенных вар-тов обоснования реш-й не хватает, как минимум, одного — «капиталистич-го». И самое удивительное состоит в том, что если кто-л. из участников обнаруж-т его и встает на позицию «кап-стической» этики, то спорщики мгновенно приходят к согласию о том, что это решение — единственно возможное и разрешающее все противоречия данной ситуации.

Решение это звучит не в виде этической максимы, а в виде простого «счетного» вопроса: «А ск-ко в этом месте стоят дрова?» Ведь если цена на них — копейки (т.е. центы) или же, наоборот, сотни долларов (в ситуации страшного дефицита), то и способы разрешения проблемы б. совершенно разные. И получ-ся, что трудолюбивые женщины, собравшие дрова, д. получить свои деньги не по «справедливости», представления о к-рой у людей столь различны, а по рыночной стоимости дров, куда естественным образом включ-ся и вопрос о дефицитности или недифицитности этого товара, о трудоемкости их поиска и, соответственно, о количестве вложенного труда.

В этом примере как раз и видна ситуативность бизнеса в оценке и осмыслении того или иного вопроса. Ситуативность при этом вовсе не означает, что у бизнесмена нет другой системы этических принципов или что он отрицает этические принципы общества, в к-ром живет. Наоборот, этика бизнеса своей ситуативной направ-тью активно дополняет действующие этические системы, внося весьма существенный вклад в развитие этических представлений. Разумеется, сами представители бизнеса далеки от систематической рефлексии и размышлений по этому поводу. Но складывающиеся в разветвленной среде бизнес-отнош-й нормы и правила, а также способы разрешения проблемных ситуаций не м. не оказать своего влияния и на окружающую общест-ную среду. Во многом задачу осмысления этих изменений взяли на себя университетские исследователи и церковь.

Так, один из серьезных исследователей этой темы, епископ Джеймс Пайк, говоря о соотношении традиц-ной христианской этики и этоса бизнеса, утверждал, что иметь стабильный этический код хорошо и правильно. Но в нем невозможно найти ответы на все возникающие вопросы. И поэтому, считает Пайк, люди д. научиться действовать в соответствии с этикой каждой ситуации. Серьезность и актуальность этой темы б. признана и папой Пием ХII, выпустившим на эту тему свою энциклику «Мой взгляд на ситуативную этику». Конечно, нельзя сказать, что дискуссии на эту тему завершены и на все вопросы получены однозначные ответы. Однако имеет смысл подчеркнуть и еще одно обстоятельство, к-рое тесно связано с ситуативным характером этики бизнеса.

Ситуативность в принятии этических реш-й неразрывно связана с усилением индивидуальной ответст-ти за это решение. Я поступил так, как поступил, не потому, что так принято поступать и не потому, что так делают другие. Я поступил так даже не из духа противоречия тому, что так действуют все другие — это не антиномия. Просто подобная ситуация б. уникальна в своем роде, и я сделал свой выбор и принял за него ответственность.

Дата добавления: 2016-11-12; просмотров: 448 | Нарушение авторских прав

Рекомендуемый контект:

Похожая информация:

Поиск на сайте:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *