Федеральный закон о государственном языке российской федерации

УДК 811.161.1’06:81’244+81’276.6:34

Федеральный закон России о государственном языке как объект документно-лингвистического анализа (часть I)

С. П. Кушнерук

Рассматриваются лингво-документные качества текста федерального закона, регулирующего принципы определения и применения государственного языка России. Даны оценки содержательным и формальным параметрам документного текста. Выявлены спорные содержательные положения и варианты формулирования статей.

Ключевые слова: текст законодательного документа; государственный язык; качество текста законодательного документа; содержание закона; язык закона.

Создание и введение в действие документов, имеющих статус федеральных законов России, обусловлены сложными и противоречивыми социально-политическими и историческими факторами. Объект законодательного регулирования может различаться как содержанием предметной сферы, ее специфичностью, так и уровнем его непрофессиональной, общественной значимости, социальной резонансности, публичного интереса. Анализ истории и технологии порождения законов, появившихся в России на протяжении последних двадцати лет, показывает, что значительная часть из них представляет собой систему правовых «огнетушителей», с той или иной скоростью монтируемых и включаемых в конфликтные контексты

в качестве правовых нейтрализаторов процессов и явлений, порождённых несовершенством прогнозирования и социального управления.

Одним из таких законов является закон Российской Федерации «О государственном языке Российской Федерации» .

Оставив в стороне явную стилистическую уязвимость преамбулы закона, рассмотрим его лингво-документные и логико-смысловые особенности как в целом, так и постатейно. (Здесь автор преодолел искушение закавычить наречную единицу «постатейно» со сложными признаками канцелярско-разговорной окраски; сомнения развеяло включение самой единицы в созданный еще к середине прошедшего века семнадцатитомный словарь современного русского литературного языка Академии наук СССР , а деривата — в современные издания распространенных словарей, например в ).

Текст статьи 1 — «Русский язык как государственный язык Российской Федерации» — содержит семь пунктов-фрагментов с исходными декларациями, содержательная доминанта которых выражена ключевым термином государственный язык.

Внелингвистический, организационно-правовой по своему содержанию первый пункт закона: «В соответствии с Конституцией Российской Федерации государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык», — вряд ли дает основания для документно-лингвистического обсуждения. Однако уже второй пункт с позиции сегодняшнего понимания реального состояния регулируемого объекта и с точки зрения функциональных качеств закона как документа порождает серьезные возражения:

Статус русского языка как государственного языка Российской Федерации предусматривает обязательность использования русского языка в сферах, определенных настоящим Федеральным законом, другими

федеральными законами, Законом Российской Федерации от 25 октября 1991 года № 1807-! «О языках народов Российской Федерации» и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, его защиту и поддержку, а также обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации.

Ссылка на текст закон России № 1807-1 от 25 октября 1991 года, заменяющая дефиницию основополагающего термина государственный язык, выглядит сомнительной экономией документного пространства. Тем более что и текст закона № 1807-1, носящий отпечаток демократической стихии того времени, определения этого термина не содержит. И это понятно в свете паллиативных политических решений, создающих условия для именования государственными языков субъектов единого государства. Один из примеров: Закон «О государственных языках народов Удмуртской Республики. Принят Государственным Советом Удмуртской Республики 27 ноября 2001 года (в ред. Закона УР от 21.06.2010 г. № 26-РЗ).

Стремление разными путями достичь государственной целостности на документном, даже шире, — на коммуникативном уровне, повлекло за собой понятийные лакуны, воспроизводимые в документах самого высокого функционального уровня. В таких текстах реализуются дефектные в своих дефиниционных параметрах термины. Рассчитывать на выработку объективного по своим логикосмысловым параметрам термина в связи с запущенностью процесса и иными внешними обстоятельствами было бы наивно . Прежде всего, широкий круг внешних обстоятельств не позволит в ближайшее время разграничить понятия «государственный язык» и » язык субъекта федерации». Некоторые из языков субъектов РФ имеют мультирегиональный характер (например, татарский язык), однако их именование государственными в терминологическом смысле — явная логико-содержательная недоработка.

В текстовом фрагменте второго пункта статьи отметим речевое решение, не в полной мере соответствующее нормам документной лингвистики. Речь идет о следующем. Логико-смысловая модель фрагмента, составляющего пункт: . А вот следующий речевой отрезок, продолжающий пункт: «.а также обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации», — вызывает ряд вопросов. Либо этот фрагмент тривиален и избыточен, либо чрезмерно лапидарен, либо содержание и форма вторичны, поскольку текст ориентирован на разрешение неких внеязыковых конфликтных ситуаций, составляющей которых является оспаривание в пределах государства использования русского языка в ситуациях, предусмотренных не только системой частных законов, но и Конституцией России. Если имелось в виду последнее, то содержание фрагмента весьма симптоматично для оценки и понимания коммуникативной среды, языковых и национально-политических особенностей устройства страны.

Рассмотрим далее текстовой фрагмент, формирующий пункт 3 статьи 1:

Порядок утверждения норм современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации, правил русской орфографии и пунктуации определяется Правительством Российской Федерации.

На первый взгляд этот фрагмент по общим формальным признакам непротиворечив. Действительно, необходима одна инстанция, которая может освещать научно осмысленные изменения в норме языка и в правилах речи, однако предлагаемый законом субъект вряд ли оптимален с точки зрения решения собственно

лингвистических задач. Документом потерян обязательный (квалифицированный, что важнее всего, и ответственный) субъект, который предшествует чиновнику, олицетворяющему конгломерат лиц, названный Правительством Российской Федерации, — субъект, обладающий специальными лингвистическими знаниями. Утверждение (и только утверждение!) норм языка, правил орфографии и пунктуации — совершенно формальный итоговый акт, которому предшествует сложная теоретическая и экспериментальная работа специалистов-лингвистов. Естественно, закон не может содержать положений, отражающих этот обязательный этап кодификации языковых норм, но включение в документный текст фрагмента, подчеркивающего объективную необходимость участия лингвистов в процедуре утверждения норм, избавило бы от существующих до сих пор иллюзий бюрократической универсальности, которые служат прочным фундаментом для оправдания чиновных вторжений в ситуации с исключительно лингвистическим содержанием. Лозунговая окраска текста четвертого пункта первой статьи:

Государственный язык Российской Федерации является языком, способствующим взаимопониманию, укреплению межнациональных связей народов Российской Федерации в едином многонациональном государстве, —

в очередной раз подтверждает актуальность комплексных исследований документных текстов с явными признаками публицистических качественно-количественных признаков. Основания, которыми руководствуется составитель документа, придавая особую окраску текстовому фрагменту законодательного документа, произ-водны от времени создания закона, его политического, социального, экономического фона. Текст четвертого пункта — одновременно выражение надежды и опасений, обусловленных региональными конфликтами, маркер возможной в контексте закона реакции на экс-

тремальные формы получения независимости по принципу «берите, сколько хотите». Формулировка является законодательной «соломкой», которую стелили с учетом направленности закона, имея в виду воплощение объединительных процессов при их реализации на языковом уровне.

В значительной мере лозунговой окраской характеризуется и пункт пятый, лейтмотивом которого является защита и поддержка русского языка как государственного:

Защита и поддержка русского языка как государственного языка Российской Федерации способствуют приумножению и взаимообогаще-нию духовной культуры народов Российской Федерации.

Что означает речевой фрагмент «поддержка русского языка», если иметь в виду его государственный статус? Без конкретизации загадочного в данном случае слова «поддержка» положение становится туманной декларацией. Необходимо поддержать язык или государственные и негосударственные институты, специалистов, занимающихся исследованием языка и его преподаванием в учреждениях различных уровней? Кто должен оказывать государственному языку «поддержку» и в какой форме? В этом положении закон порождает больше вопросов, чем предлагает какие-либо формы или направления действий.

Еще более сложно и с некоторой долей алармизма звучит положение о защите русского языка. Если речь идет о защите языка в пределах России, то декларация предполагает определение «врага», покушающегося на государственный язык. Если эти «враги» -недостаточный уровень образования, реализация таких организационно-педагогических и иных мер, которые и формируют угрозы языку, то не получается ли так, что это положение закона является посланием, в котором адресант и адресат совпадают? Довольно мудрено сформулированное положение о выполнении государствен-

ным языком одновременно функций межнационального коммуникативного средства взаимодействия и содействия взаимопроникновению многонациональных культур требовало бы, на наш взгляд, более серьезной проработки и более определенного по форме и содержанию изложения, усиливающего функционально-содержательные параметры документа и его текста .

По меньшей мере, наивность Федерального закона проявляется в тексте пункта 6 статьи 1:

При использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Именно в этом пункте заметны слабость и неэффективность закона, ставшего публицистической декларацией: «… не допускается использование слов и выражений.». Формулировка приведенного фрагмента так и просит задать вопрос в известной стилистике «детсадовского» общения: «А то что?!» По ознакомлении с этим положением федерального закона становится очевидной и его документная несостоятельность с учетом того, что закон имеет статус коммуникативного инструмента. Закон перестает быть законом, если он, вводя запреты, не определяет ответственности за нарушение этих запретов. Изменение системы законодательства России, введение форм ответственности, предполагающих экономические наказания и более жесткое применение административно-правовых механизмов, позволяют разработать и предложить разумные и адекватные формы наказаний за нарушение закона. Такой подход к пониманию применения закона выглядит как естественное развитие принципов документного регулирования в условиях ослабления языковой нормы, все более частых нарушений, имеющих демонстративные,

циничные формы, игнорирования требований не только речевого поведения, но и этики, культуры.

Положение об использовании иностранных слов, «не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке», допустимо лишь как тема для бытового разговора между людьми, не обремененными более или менее системными знаниями, но не может рассматриваться как положение федерального закона. Если закон может оперировать рекомендательными формами изложения некоторых положений, то тогда все в порядке, однако рекомендательный характер текстовых положений необходимо маркировать. Если же речь идет о запрете, то возникает как минимум два вопроса. Во-первых, каковы регуляторы принятия решения? Во-вторых, что такое «общеупотребительный аналог в русском языке»? Неэффективность закона в этой части связана с попыткой вторжения в действие языковых системных механизмов и состоит в применении запретительных по своему содержанию действий без учета внутренних законов сложной знаковой системы. Столетиями в языке формируются и действуют внутренние регуляторы, которые дают возможность языку как саморегулирующейся системе принимать или отторгать иноязычные заимствования. Как быть с «общеупотребительными аналогами в русском языке», если они сами являются заимствованными единицами с ясными или размытыми следами заимствования (например, газета, коррупция, администратор и их производные)?

Текстовой фрагмент, представляющий пункт 7 статьи 1:

Обязательность использования государственного языка Российской Федерации не должна толковаться как отрицание или умаление права на пользование государственными языками республик, находящихся в составе Российской Федерации, и языками народов Российской Федерации, —

то ли из-за своей лаконичности, то ли из-за конструктивных особенностей фразы порождает некоторые неопределенности при его

интерпретации. Использование слова обязательность с учетом контекста статьи вызывает неоправданное напряжение в ситуациях правоприменения закона и при оценке речевого материала. Очевидно, что в этом фрагменте обязательность связывается исключительно с формальными требованиями официально-деловой коммуникации во всем ее многообразии. Указание на это обстоятельство в тексте документа является, скорее всего, необходимым, поскольку соответствует не только духу и букве самого закона, но и в логикосмысловом отношении тесно связано с продолжением высказывания, формирующего пункт статьи.

Нельзя не вернуться к одному из терминов, реализованных в тексте. Речь идет о термине государственный язык республики. Понятны внелингвистические основания использования здесь определителя «государственный», однако amicus mihi Plato, sed magis amica veritas est: либо мы говорим о существовании государственного языка России как многонационального государства, либо, подмигивая и многозначительно поднимая глаза вверх, ведем словесную игру, вводя самих себя в легкую лингвистическую шизофрению, совершенно не способствуя этими лингвистическими играми межнациональному единству страны, точности и выверенности государственных законов. Наряду с государственным языком, указываемым во всех энциклопедиях, справочниках, в атласах, в документах ООН, -русским, разумеется, — мы должны говорить о языках национальных субъектов Российской Федерации, при назывании коммуникативногосударственного статуса которых определитель «государственный» неточен, поскольку отражает неразбериху провоцирующих политических двусмысленностей и номинативных беспринципностей.

Поверхностность и легковесность в обращении с понятиями и явлениями, относящимися к лингво-коммуникативной сфере, иногда бывают отражением ложного представления авторов документного текста о собственном достаточном уровне компетентности

в той сфере, которая стала объектом законодательного регулирования. Только спешка, обусловленная внешними обстоятельствами, какие-то ситуативные государственные соображения высших порядков, торопившие авторов, могли создать условия для появления закона с явными признаками документной и содержательной уязвимости. Если параметры текста являются результатом юридической самонадеянности, граничившей с заносчивостью, что характерно для агрессивно-романтического стиля законотворчества конца 90-х -начала 2000 годов, то возникает единственный вопрос: что не успели сказать о тексте документа законодателям научные консультанты-филологи, участвовавшие, надо полагать, в процессе обсуждения и порождения текста закона.?

Статья 2 закона — «Законодательство Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации», — которая является второй, вероятно, по причинам формального характера, с содержательной точки зрения должна быть первой, поскольку именно в ней названы законодательные, методологические и логико-смысловые основания исследуемого документа:

Законодательство Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права, международных договорах Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, Закона Российской Федерации от 25 октября 1991 года № 1807-! «О языках народов Российской Федерации» и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, регулирующих проблемы языка.

В статье перечислены документы, включая Конституцию страны, формирующие аксиоматику закона. Почти все можно было бы принять в формулировке статьи, если бы не обескураживающая в своей методологической небрежности (возможно и иное оценочное суждение) завершающая формулировка: «… и иных норма-

тивных правовых актов Российской Федерации, регулирующих проблемы языка» (Выделено мной. — С. К.). Версия первая: перед нами крайне нежелательная, учитывая статус документа, речевая ошибка, отражающая, впрочем, представление авторов закона об «универсальности» правовых регуляторов. Вероятно, авторы все-таки имели в виду что-то вроде: «…, тексты которых вводят правовые оценки и квалификации лингвистических параметров современной коммуникации». Версия вторая: элементарная небрежность, вызванная спешкой, иными ситуативными обстоятельствами. Возможно ли такое в отношении текстов документов такого уровня — автор ответить не может. Версия третья, с точки зрения оценочного компонента самая печальная: искреннее заблуждение авторов закона, которые полагают, что проблемы языка как само-развивающейся сложной знаковой системы и правила, регулирующие речевые акты, формы реализации языка со всеми их противоречиями, изменениями, ошибками, развитием и кризисами, могут регулироваться системой законодательных документов. При всем безусловном уважении к таким документам, формулировка, использованная в статье закона, напомнила известную реальную ситуацию в суде: один известный высококвалифицированный и модный (что не одно и то же) адвокат, аргументируя свое несогласие с выводами лингвистической экспертизы, сообщил суду, что он «тоже изучал в школе русский язык». Необходимо сказать следующее: несмотря на внешнюю нечеткость, неоднозначность и «гуманитарность» лингвистических явлений, лингвистика -наука вполне точная, определенная, имеющая собственные количественные и качественные законы, игнорировать которые при рассмотрении языковых явлений с позиций любой иной науки или практики недальновидно и малопродуктивно.

Не менее перспективны в качестве материала лингво-документ-ного анализа и другие фрагменты документного текста, ставшего

предметом нашего внимания, однако их рассмотрение является следующим исследовательским этапом.

Источники и принятые сокращения

3. ТСРЯ — Толковый словарь русского языка / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. — 4-е изд., доп. — Москва : Азбуковник, 2001. — 944 с.

Литература

1. Борискин В. В. Современный системный комплекс делопроизводства в сфере государственного управления и государственной гражданской службы Российской Федерации : учебное пособие / В. В. Борискин, Н. М. Поликарпова, С. Г. Тихомиров. — Санкт-Петербург : Кодекс, 2008. -366 с.

© Кушнерук С. П., 2012

Russian low on State language

as an object of linguistic-and-record analysis

(Part 1)

S. Kushneruk

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Кушнерук Сергей Петрович, доктор филологических наук, профессор кафедры документной лингвистики и документоведения, Волгоградский государственный университет (Волгоград), sp_kushneruk@mail.ru.

Принят Государственной Думой 20 мая 2005 года Одобрен Советом Федерации 25 мая 2005 года

Настоящий Федеральный закон направлен на обеспечение использования государственного языка Российской Федерации на всей территории Российской Федерации, обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации, защиту и развитие языковой культуры.

Статья 1. Русский язык как государственный язык Российской Федерации

1. В соответствии с Конституцией Российской Федерации государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык.

2. Статус русского языка как государственного языка Российской Федерации предусматривает обязательность использования русского языка в сферах, определенных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, Законом Российской Федерации от 25 октября 1991 года N 1807-I «О языках народов Российской Федерации» и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, его защиту и поддержку, а также обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации.

3. Порядок утверждения норм современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации, правил русской орфографии и пунктуации определяется Правительством Российской Федерации.

4. Государственный язык Российской Федерации является языком, способствующим взаимопониманию, укреплению межнациональных связей народов Российской Федерации в едином многонациональном государстве.

5. Защита и поддержка русского языка как государственного языка Российской Федерации способствуют приумножению и взаимообогащению духовной культуры народов Российской Федерации.

6. При использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке.

7. Обязательность использования государственного языка Российской Федерации не должна толковаться как отрицание или умаление права на пользование государственными языками республик, находящихся в составе Российской Федерации, и языками народов Российской Федерации.

Статья 2. Законодательство Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации

Законодательство Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права, международных договорах Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, Закона Российской Федерации от 25 октября 1991 года N 1807-I «О языках народов Российской Федерации» и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, регулирующих проблемы языка.

Статья 3. Сферы использования государственного языка Российской Федерации

1. Государственный язык Российской Федерации подлежит обязательному использованию:

1) в деятельности федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности, в том числе в деятельности по ведению делопроизводства;

2) в наименованиях федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности;

3) при подготовке и проведении выборов и референдумов;

4) в конституционном, гражданском, уголовном, административном судопроизводстве, судопроизводстве в арбитражных судах, делопроизводстве в федеральных судах, судопроизводстве и делопроизводстве у мировых судей и в других судах субъектов Российской Федерации;

5) при официальном опубликовании международных договоров Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов;

6) во взаимоотношениях федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности и граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, общественных объединений;

7) при написании наименований географических объектов, нанесении надписей на дорожные знаки;

8) при оформлении документов, удостоверяющих личность гражданина Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации, изготовлении бланков свидетельств о государственной регистрации актов гражданского состояния, оформлении документов об образовании, выдаваемых имеющими государственную аккредитацию образовательными учреждениями, а также других документов, оформление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляется на государственном языке Российской Федерации, при оформлении адресов отправителей и получателей телеграмм и почтовых отправлений, пересылаемых в пределах Российской Федерации, почтовых переводов денежных средств;

9) в деятельности общероссийских, региональных и муниципальных организаций телерадиовещания, редакций общероссийских, региональных и муниципальных периодических печатных изданий, за исключением деятельности организаций телерадиовещания и редакций периодических печатных изданий, учрежденных специально для осуществления теле- и (или) радиовещания либо издания печатной продукции на государственных языках республик, находящихся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранных языках, а также за исключением случаев, если использование лексики, не соответствующей нормам русского языка как государственного языка Российской Федерации, является неотъемлемой частью художественного замысла;

10) в рекламе;

11) в иных определенных федеральными законами сферах.

2. В случаях использования в сферах, указанных в части 1 настоящей статьи, наряду с государственным языком Российской Федерации государственного языка республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языков народов Российской Федерации или иностранного языка тексты на русском языке и на государственном языке республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранном языке, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, должны быть идентичными по содержанию и техническому оформлению, выполнены разборчиво, звуковая информация (в том числе в аудио- и аудиовизуальных материалах, теле- и радиопрограммах) на русском языке и указанная информация на государственном языке республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранном языке, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, также должна быть идентичной по содержанию, звучанию и способам передачи.

3. Положения части 2 настоящей статьи не распространяются на фирменные наименования, товарные знаки, знаки обслуживания, а также теле- и радиопрограммы, аудио- и аудиовизуальные материалы, печатные издания, предназначенные для обучения государственным языкам республик, находящихся в составе Российской Федерации, другим языкам народов Российской Федерации или иностранным языкам.

Статья 4. Защита и поддержка государственного языка Российской Федерации

В целях защиты и поддержки государственного языка Российской Федерации федеральные органы государственной власти в пределах своей компетенции:

1) обеспечивают функционирование государственного языка Российской Федерации на всей территории Российской Федерации;

2) разрабатывают и принимают федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, разрабатывают и реализуют направленные на защиту и поддержку государственного языка Российской Федерации соответствующие федеральные целевые программы;

3) принимают меры, направленные на обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации;

4) принимают меры по совершенствованию системы образования и системы подготовки специалистов в области русского языка и преподавателей русского языка как иностранного языка, а также осуществляют подготовку научно-педагогических кадров для образовательных учреждений с обучением на русском языке за пределами Российской Федерации;

5) содействуют изучению русского языка за пределами Российской Федерации;

6) осуществляют государственную поддержку издания словарей и грамматик русского языка;

7) осуществляют контроль за соблюдением законодательства Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации;

8) принимают иные меры по защите и поддержке государственного языка Российской Федерации.

Статья 5. Обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации

1. Обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации предусматривает:

1) получение образования на русском языке в государственных и муниципальных образовательных учреждениях;

2) получение информации на русском языке в федеральных органах государственной власти, органах государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органах, органах местного самоуправления, организациях всех форм собственности;

3) получение информации на русском языке через общероссийские, региональные и муниципальные средства массовой информации. Данное положение не распространяется на средства массовой информации, учрежденные специально для осуществления теле- и (или) радиовещания либо издания печатной продукции на государственных языках республик, находящихся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранных языках.

2. Лицам, не владеющим государственным языком Российской Федерации, при реализации и защите их прав и законных интересов на территории Российской Федерации в случаях, предусмотренных федеральными законами, обеспечивается право на пользование услугами переводчиков.

Статья 6. Ответственность за нарушение законодательства Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации

1. Принятие федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, направленных на ограничение использования русского языка как государственного языка Российской Федерации, а также иные действия и нарушения, препятствующие осуществлению права граждан на пользование государственным языком Российской Федерации, влекут за собой ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

2. Нарушение настоящего Федерального закона влечет за собой ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

Статья 7. Вступление в силу настоящего Федерального закона

Настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования.

Президент
Российской Федерации
В. Путин

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН

О ГОСУДАРСТВЕННОМ ЯЗЫКЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Принят

Государственной Думой

20 мая 2005 года

Одобрен

Советом Федерации

25 мая 2005 года

Настоящий Федеральный закон направлен на обеспечение использования государственного языка Российской Федерации на всей территории Российской Федерации, обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации, защиту и развитие языковой культуры.

Статья 1. Русский язык как государственный язык Российской Федерации

1. В соответствии с Конституцией Российской Федерации государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык.

2. Статус русского языка как государственного языка Российской Федерации предусматривает обязательность использования русского языка в сферах, определенных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, Законом Российской Федерации от 25 октября 1991 года N 1807-1 «О языках народов Российской Федерации» и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, его защиту и поддержку, а также обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации.

3. Порядок утверждения норм современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации, правил русской орфографии и пунктуации определяется Правительством Российской Федерации.

4. Государственный язык Российской Федерации является языком, способствующим взаимопониманию, укреплению межнациональных связей народов Российской Федерации в едином многонациональном государстве.

5. Защита и поддержка русского языка как государственного языка Российской Федерации способствуют приумножению и взаимообогащению духовной культуры народов Российской Федерации.

6. При использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использования слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка (в том числе нецензурной брани), за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке.

7. Обязательность использования государственного языка Российской Федерации не должна толковаться как отрицание или умаление права на пользование государственными языками республик, находящихся в составе Российской Федерации, и языками народов Российской Федерации.

Статья 2. Законодательство Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации

Законодательство Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права, международных договорах Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, Закона Российской Федерации от 25 октября 1991 года N 1807-1 «О языках народов Российской Федерации» и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, регулирующих проблемы языка.

Статья 3. Сферы использования государственного языка Российской Федерации

1. Государственный язык Российской Федерации подлежит обязательному использованию:

1) в деятельности федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности, в том числе в деятельности по ведению делопроизводства;

2) в наименованиях федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности;

3) при подготовке и проведении выборов и референдумов;

4) в конституционном, гражданском, уголовном, административном судопроизводстве, судопроизводстве в арбитражных судах, делопроизводстве в федеральных судах, судопроизводстве и делопроизводстве у мировых судей и в других судах субъектов Российской Федерации;

5) при официальном опубликовании международных договоров Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов;

6) во взаимоотношениях федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности и граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, общественных объединений;

7) при написании наименований географических объектов, нанесении надписей на дорожные знаки;

8) при оформлении документов, удостоверяющих личность гражданина Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации, изготовлении бланков свидетельств о государственной регистрации актов гражданского состояния, оформлении документов об образовании и (или) о квалификации установленного в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» образца, а также других документов, оформление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляется на государственном языке Российской Федерации, при оформлении адресов отправителей и получателей телеграмм и почтовых отправлений, пересылаемых в пределах Российской Федерации, почтовых переводов денежных средств;

9) в продукции средств массовой информации;

9.1) при показах фильмов в кинозалах;

9.2) при публичных исполнениях произведений литературы, искусства, народного творчества посредством проведения театрально-зрелищных, культурно-просветительных, зрелищно-развлекательных мероприятий;

10) в рекламе;

11) в иных определенных федеральными законами сферах.

1.1. В сферах, указанных в пунктах 9, 9.1, 9.2 и 10 части 1 настоящей статьи, и в иных предусмотренных федеральными законами случаях наряду с государственным языком Российской Федерации могут использоваться государственные языки республик, находящихся в составе Российской Федерации, другие языки народов Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, также иностранные языки.

2. В случаях использования в сферах, указанных в части 1 настоящей статьи, наряду с государственным языком Российской Федерации государственного языка республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языков народов Российской Федерации или иностранного языка тексты на русском языке и на государственном языке республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранном языке, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, должны быть идентичными по содержанию и техническому оформлению, выполнены разборчиво, звуковая информация (в том числе в аудио- и аудиовизуальных материалах, теле- и радиопрограммах) на русском языке и указанная информация на государственном языке республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранном языке, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, также должна быть идентичной по содержанию, звучанию и способам передачи.

3. Положения части 2 настоящей статьи не распространяются на фирменные наименования, товарные знаки, знаки обслуживания, а также теле- и радиопрограммы, аудио- и аудиовизуальные материалы, печатные издания, предназначенные для обучения государственным языкам республик, находящихся в составе Российской Федерации, другим языкам народов Российской Федерации или иностранным языкам.

Статья 4. Защита и поддержка государственного языка Российской Федерации

В целях защиты и поддержки государственного языка Российской Федерации федеральные органы государственной власти в пределах своей компетенции:

1) обеспечивают функционирование государственного языка Российской Федерации на всей территории Российской Федерации;

2) разрабатывают и принимают федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, разрабатывают и реализуют направленные на защиту и поддержку государственного языка Российской Федерации соответствующие федеральные целевые программы;

3) принимают меры, направленные на обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации;

4) принимают меры по совершенствованию системы образования и системы подготовки специалистов в области русского языка и преподавателей русского языка как иностранного языка, а также осуществляют подготовку научно-педагогических кадров для образовательных организаций с обучением на русском языке за пределами Российской Федерации;

5) содействуют изучению русского языка за пределами Российской Федерации;

6) осуществляют государственную поддержку издания словарей и грамматик русского языка;

7) осуществляют контроль за соблюдением законодательства Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации, в том числе за использованием слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, путем организации проведения независимой экспертизы;

8) принимают иные меры по защите и поддержке государственного языка Российской Федерации.

Статья 5. Обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации

1. Обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации предусматривает:

1) получение образования на русском языке в государственных и муниципальных образовательных учреждениях;

2) получение информации на русском языке в федеральных органах государственной власти, органах государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органах, органах местного самоуправления, организациях всех форм собственности;

3) получение информации на русском языке через общероссийские, региональные и муниципальные средства массовой информации. Данное положение не распространяется на средства массовой информации, учрежденные специально для осуществления теле- и (или) радиовещания либо издания печатной продукции на государственных языках республик, находящихся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранных языках.

2. Лицам, не владеющим государственным языком Российской Федерации, при реализации и защите их прав и законных интересов на территории Российской Федерации в случаях, предусмотренных федеральными законами, обеспечивается право на пользование услугами переводчиков.

Статья 6. Ответственность за нарушение законодательства Российской Федерации о государственном языке Российской Федерации

1. Принятие федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, направленных на ограничение использования русского языка как государственного языка Российской Федерации, а также иные действия и нарушения, препятствующие осуществлению права граждан на пользование государственным языком Российской Федерации, влекут за собой ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

2. Нарушение настоящего Федерального закона влечет за собой ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

Статья 7. Вступление в силу настоящего Федерального закона

Настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования.

Президент

Российской Федерации

В.ПУТИН

Москва, Кремль

1 июня 2005 года

N 53-ФЗ

Судебная практика и законодательство — 53-ФЗ О государственном языке Российской Федерации

Постановление Правительства РФ от 15.04.2014 N 295 (ред. от 31.03.2017) «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Развитие образования» на 2013 — 2020 годы»

количество ресурсов научно-информационного обеспечения реализации Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации»;

доля субъектов Российской Федерации, организующих анализ результатов итогового сочинения в выпускных классах, а также выработку мер по повышению качества обучения по русскому языку совместно с общественными профессиональными организациями, в общем количестве субъектов Российской Федерации;

Постановление Правительства РФ от 31.03.2017 N 376 «О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации «Развитие образования» на 2013 — 2020 годы»

количество ресурсов научно-информационного обеспечения реализации Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации»;

доля субъектов Российской Федерации, организующих анализ результатов итогового сочинения в выпускных классах, а также выработку мер по повышению качества обучения по русскому языку совместно с общественными профессиональными организациями, в общем количестве субъектов Российской Федерации;

количество ресурсов научно-информационного обеспечения реализации Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации»;

доля субъектов Российской Федерации, организующих анализ результатов итогового сочинения в выпускных классах, а также выработку мер по повышению качества обучения по русскому языку совместно с общественными профессиональными организациями, в общем количестве субъектов Российской Федерации;

«Концепция государственной поддержки и продвижения русского языка за рубежом» (утв. Президентом РФ 03.11.2015 N Пр-2283)

2. Правовую основу настоящей Концепции составляют Конституция Российской Федерации, Концепция внешней политики Российской Федерации, Федеральный закон от 1 июня 2005 г. N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации», указы Президента Российской Федерации от 6 июня 2011 г. N 705 «О Дне русского языка», от 8 ноября 2011 г. N 1478 «О координирующей роли Министерства иностранных дел Российской Федерации в проведении единой внешнеполитической линии Российской Федерации», от 7 мая 2012 г. N 605 «О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации», общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации, а также нормативные правовые акты Российской Федерации, регулирующие деятельность федеральных органов государственной власти в сфере международного культурно-гуманитарного сотрудничества.

Определение Конституционного Суда РФ от 20.06.2006 N 243-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Череповского Михаила Васильевича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

Согласно статье 68 (часть 1) Конституции Российской Федерации государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык. Русский язык в соответствии с пунктом 4 части первой статьи 3 Федерального закона от 1 июня 2005 года «О государственном языке Российской Федерации» и частью первой статьи 18 УПК Российской Федерации подлежит обязательному использованию, в частности в уголовном судопроизводстве.

Приказ Минтранса России от 07.05.2013 N 177 Об утверждении Административного регламента Федеральной службы по надзору в сфере транспорта предоставления государственной услуги по лицензированию деятельности по ремонту авиационной техники гражданской авиации при ее эксплуатации, осуществляемому организациями по техническому обслуживанию и ремонту, в том числе среднему и текущему ремонту, разборке, сборке, настройке, установке и испытанию, оценке технического состояния, дефектации изделий при ремонте авиационной техники

<1> Федеральный закон от 1 июня 2005 г. N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» (Собрание законодательства Российской Федерации, 2005, N 23, ст. 2199).

14. Для переоформления лицензии лицензиат представляет заявление о переоформлении лицензии, оригинал действующей лицензии и реквизиты документа, подтверждающего уплату государственной пошлины за переоформление лицензии, либо иные сведения, подтверждающие факт уплаты государственной пошлины.

Приказ СК России от 18.07.2012 N 40 «Об утверждении Инструкции по делопроизводству Следственного комитета Российской Федерации»

1.2. Правовым основанием Инструкции по делопроизводству Следственного комитета Российской Федерации (далее — Инструкция) являются: Конституция Российской Федерации, федеральные законы от 28 декабря 2010 г. N 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации», от 27 декабря 2002 г. N 184-ФЗ «О техническом регулировании», от 22 октября 2004 г. N 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации», от 1 июня 2005 г. N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации», от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ «Об электронной подписи», Указ Президента Российской Федерации от 14 января 2011 г. N 38 «Вопросы деятельности Следственного комитета Российской Федерации», постановление Правительства Российской Федерации от 15 июня 2009 г. N 477 «Об утверждении Правил делопроизводства в федеральных органах исполнительной власти», Методические рекомендации по разработке инструкций по делопроизводству в федеральных органах исполнительной власти, утвержденные приказом Росархива от 23 декабря 2009 г. N 76 и иные нормативные правовые акты.

Постановление Президиума Совета судей РФ от 17.05.2010 N 225 (ред. от 05.08.2010) «Об утверждении Временного регламента организации размещения сведений о находящихся в суде делах и текстов судебных актов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте суда общей юрисдикции»

Федеральный закон от 1 июня 2005 г. N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации»;

Федеральный закон от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации»;

Постановление Правительства РФ от 23.11.2006 N 714 (ред. от 08.08.2020) «О порядке утверждения норм современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации, правил русской орфографии и пунктуации»

В соответствии с частью 3 статьи 1 Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации» Правительство Российской Федерации постановляет:

Установить, что Министерство образования и науки Российской Федерации:

утверждает на основании рекомендаций Межведомственной комиссии по русскому языку список грамматик, словарей и справочников, содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации (по результатам экспертизы), а также правила русской орфографии и пунктуации;

5. Текстовое предупреждение об ограничении распространения информационной продукции среди детей выполняется на русском языке, а в случаях, установленных Федеральным законом от 1 июня 2005 года N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации», на государственных языках республик, находящихся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранных языках.

Язык мой. Что родила гора? Комментарий к закону о русском языке

Лев СКВОРЦОВ, доктор филологических наук,
профессор Литературного института им. Горького

Источник: Литературная газета, № 9,
2 марта 2005 г.

Дать лингвистический комментарий проекта Федерального закона о государственном языке — задача не из простых. Да, такой закон, безусловно, нужен. Но каковы его цели, в чём состоит, так сказать, его сверхзадача? Как должен быть сформулирован закон о языке, чтобы он не превратился в пустую бумажку или широковещательную и неконкретную декларацию? Вопросы, вопросы…

О работе над этим законом я от своих коллег-филологов слышал уже давно. Жаркие дебаты по его проекту велись в своё время на предварительных слушаниях в Государственной Думе. Говорят, что в его подготовке принимали участие лингвисты из Института русского языка РАН. Не знаю, не уверен: уж больно много в нём огрехов по форме, да и невнятицы, по сути дела, с лингвистической точки зрения хватает. Однако теперь это официальный документ (проект 63221-3), и он вносится согласительной комиссией для утверждения в Государственную Думу. Известна вроде бы и дата — март или апрель этого года.

Что же осталось в законе после всех обсуждений? В документе 6 статей (последняя, 7-я — это порядок вступления закона в силу). Статья 1 (состоящая из семи пунктов) трактует статус русского языка как государственного языка РФ. Статья 2 (без пунктов) фиксирует законодательную основу государственного языка. В статье 3 определены сферы использования государственного языка Российской Федерации (в ней три раздела с подразделами). Статья 4 говорит о защите и поддержке государственного языка РФ. Статья 5 закрепляет обеспечение права граждан РФ на пользование государственным языком. И, наконец, статья 6 предупреждает об ответственности (в самом общем виде) «за нарушение законодательства Российской Федерации о государственном языке РФ».

Итак, неполные 10 страниц машинописного текста. Каково же его содержание?

Вопросы и недоумения начинаются с преамбулы проекта закона, которая в полном виде звучит так: «Настоящий Федеральный закон направлен на обеспечение использования государственного языка Российской Федерации на всей территории Российской Федерации, обеспечение права граждан Российской Федерации на пользование государственным языком Российской Федерации, защиту и развитие языковой культуры».

Явно сырой, стилистически не выправленный текст. Не говоря уже об излишнем повторении словосочетания «Российская Федерация» (четыре раза в четырех с половиной строчках текста!), здесь по конструкции всей фразы получается реально, что у граждан РФ есть право не только на «пользование» государственным языком РФ, не только на «защиту» языковой культуры (т.е. каждый в силу своей грамотности вправе указывать другим на их ошибки), но и (вдумайтесь!) у каждого гражданина РФ есть право на «развитие языковой культуры». Как будет осуществляться это право, совершенно непонятно, да, видимо, не об этом идёт речь.

Не знаю, какой квалификацией обладают стилисты Государственной Думы, но, на мой взгляд, преамбула закона во избежание кривотолков могла быть выправлена так: «Настоящий Федеральный закон направлен на обеспечение использования государственного языка Российской Федерации на всей её территории, на защиту и развитие языковой культуры, на обеспечение права граждан Российской Федерации пользоваться её государственным языком». Тогда исчезнут и возможные разночтения по поводу сомнительного «права» граждан РФ на «развитие языковой культуры».

Пойдём далее. В статье 1 закона говорится о статусе русского языка как государственного, но само понятие «государственный язык» никак не определяется. Что должно оно обозначать? В статье 3 перечислены «сферы использования государственного языка РФ». Вот эти сферы в переводе на общеупотребительный язык: 1) в делопроизводстве (органов государственной власти и «организаций всех форм собственности»); 2) в официальных наименованиях органов власти (и опять-таки «организаций всех форм собственности»); 3) в официальных документах выборов и референдумов; 4) в судопроизводстве (во всех его разновидностях); 5) в международных договорах РФ, в законах и иных правовых актах; 6) во взаимоотношениях органов государственной власти: с гражданами РФ, иностранными гражданами, лицами без гражданства и с общественными объединениями; 7) при написании наименований географических объектов, надписей на дорожных знаках (однако последнее не вполне ясно: есть ведь и принятые в международной практике дорожные знаки); 8) при оформлении официальных документов гражданина, в написании почтовых адресов (в пределах РФ) и т.п.; 9) в деятельности общероссийских, региональных и муниципальных организаций телерадиовещания, таковых же редакций периодических изданий; 10) в рекламе и 11) в иных определённых федеральными законами сферах (опять-таки слишком расплывчато и обобщённо: в каких таких «иных сферах»?).

Любому мало-мальски грамотному лингвисту из сказанного понятно, что речь идёт не обо всём современном русском литературном языке, а лишь об одном из его функциональных стилей, а именно — официально-деловом, обслуживающем сферу государственной деятельности в различных её проявлениях. Замечу попутно, что в перечне «сфер» использования государственного языка РФ в проекте закона почему-то не названа сфера: образования. На каком языке ведётся у нас в России обучение в школах и вузах? Там что же, русский язык необязателен? Раз сфера образования не названа, то чисто формально закон можно истолковать так, что на неё не распространяется требование использования государственного языка. Что это? Чей-то недосмотр (а их немало в проекте закона) или нарочитый пропуск в перечне? Но ведь и то и другое непростительно в таком серьёзном документе, пускай и проекте, но уже как бы и согласованном. По-видимому, должна быть в нём и специальная статья (или раздел) о праве обучения в школе на родном языке — по выбору родителей или самого ученика. Обходить такие важные вопросы нельзя. Иначе зачем тогда закон о языке?

Авторы закона могут возразить: в статье 5, п. 1.1. говорится о праве граждан РФ на «получение образования на русском языке в государственных и муниципальных образовательных учреждениях». С этим возражением согласиться нельзя, ибо прописанное в предпоследней, по сути, статье закона «Право» не подкрепляется перечнем сфер использования государственного языка в статье 3.

Итак, государственный язык — принадлежность официально-деловой сферы общения по функциональному признаку и часть (именно часть!) общелитературного, национального языка по признаку этническому. А если это так, то с какой стати прописаны в законе уступки в использовании лексики, «не соответствующей нормам русского языка как государственного языка Российской Федерации», когда такое использование «является неотъемлемой частью художественного замысла» (статья 3, п. 9)? Всё-таки художественная литература или та же публицистика не относятся к официально-деловому стилю, иначе говоря — к государственному языку по функциональному признаку, то есть предназначенности в особых сферах применения. Трудно представить «художественный замысел» в официальном документе!

Точно так же не очень ясна формулировка п. 6 статьи 1, где говорится о том, что защита и поддержка русского языка как государственного «способствует приумножению и взаимообогащению духовной культуры народов Российской Федерации». Последнее относится, конечно, не собственно к государственному языку, а к плодотворному взаимодействию литературного русского языка с другими национальными языками народов РФ, к взаимодействию и взаимообогащению литератур и культур, а не к сфере языковых контактов на уровне официально-деловых стилей.

Развитие литературного языка, динамическое изменение его исторически сложившихся норм происходят по своим внутренним объективным законам и не подчиняются никаким «государственным установлениям». Странным поэтому выглядит п. 3 статьи 1, где сказано, что «порядок утверждения норм (!) современного русского литературного языка: правил русской орфографии и пунктуации определяется Правительством Российской Федерации». Во-первых, как уже говорилось, никакое правительство не может утверждать нормы современного русского литературного языка в силу их объективно-исторического характера. А во-вторых, именно в этом пункте и в этом месте можно было бы подчеркнуть требование исторического подхода к тем же правилам орфографии и пунктуации, поставить задачу сохранения сложившихся культурных традиций, которые не следует ломать в угоду тем или иным по определению уже ограниченным «научным» («теоретическим») концепциям и подходам. Уж из-за одного этого «консервативного» предостережения в адрес проявляющих себя время от времени ретивых «реформаторов», «упростителей» и «совершенствователей» русской орфографии можно было бы горячо приветствовать представленный проект при всех имеющихся в нём недочётах. Вот тут-то и проявилась бы подлинная забота о языке на государственном уровне!

Нельзя обойти статью 2 проекта, где прямо говорится о «нормативных правовых актах Российской Федерации, регулирующих проблемы языка». Вот так, ни больше ни меньше. Но ведь в живом национальном языке не так-то просто всё регулировать и устанавливать приказным, законотворческим порядком. Увы: И что значит «регулировать проблемы языка»? Регулировать можно какой-нибудь процесс, ход, движение (например, дорожное) или не очень бурный поток и т.п., но уж никак не проблемы, да к тому же специальные, языковые. Неужели нельзя было выразить свою мысль одновременно и понятно, и грамотно по-русски?

Ещё один пример на грани парадокса. В п. 6 статьи 1 проекта весьма категорично сказано о том, что «при использовании русского языка как государственного: не допускается использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, за исключением иностранных слов, не имеющих аналогов в русском языке».

Оставим в стороне стилистически ущербную конструкцию «при использовании не допускается использование». Парадокс состоит в другом: авторы текста закона сами нарушили в этом случае (да!) и дух и букву ими же сформулированного требования, поскольку у слова «аналог» есть полноценные русские синонимы: соответствие, сходство, замена и т.п. Как тут не вспомнить унтер-офицерскую вдову, которая сама себя высекла? И не один раз…

Остаётся добавить, что в других европейских странах (да и не только европейских), где правительства не отказались, как у нас, от подлинной языковой политики, дела обстоят иначе. В по-настоящему цивилизованных, лингвистически просвещённых государствах существуют специальные должности «языковых полицейских», которые при самом активном и действенном участии рядовых (и заинтересованных) носителей языка поддерживают «языковой порядок» в своём национальном доме. Эти полицейские (образованные государственные служащие!) следят за правильностью применения государственного языка, выявляют нежелательные иноязычные заимствования в нём и налагают официальные санкции на злостных «нарушителей» — вплоть до административных предупреждений и серьёзных финансовых взысканий.

Во Франции, например, использование иноязычных заимствований (англицизмов, или, точнее, американизмов) в официальных сферах — в государственных документах и письмах, в публичных выступлениях (включая уроки школьных учителей и академические лекции в высших учебных заведениях) регламентируется законом о языке, предусматривающим соответствующие — и немалые — штрафы за «иноязычия». Французская академия регулярно выпускает нормативные лингвистические словари, носящие законодательный характер; она же публикует периодически списки замен иноязычных слов исконно французскими словами (или с использованием исконных французских морфем).

Наше отечественное законодательство, как это явствует из проекта Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации», ограничивается пока вещами общеизвестными и не особо значимыми для судеб русского языка: главным образом, путаными определениями статуса и функций русского языка как государственного. Оно не распространяется на сферу его преподавания, не обеспечивает широкой пропаганды лингвистических научных знаний по радио и на ТВ (что, кстати, было когда-то), не способствует повышению речевой культуры в средствах массовой информации, не касается вывесок и реклам на латинице, молчит об осквернении современной бытовой, публичной и художественной речи арготизмами лагерей и тюрем, а подчас и откровенным матом. Вот где нужно и можно и «власть употребить».

Создаётся впечатление, что некоторые наши законы пишутся для самих же законотворцев. Зачем создавать закон ради закона, не думая ни о последствиях, ни о реальной пользе для той области жизни, ради которой он написан?

А так, по крылатому выражению Горация: «Parturiunt montes nascetur ridiculus mus», или в буквальном переводе: «(Некий автор, творец) горы хочет родить, а родится (у него) смешной мышонок». Вот отсюда пошло и наше современное «гора родила мышь».

Мелкий зверёк-грызун в этой крылатой фразе — символ смехотворно маленького, ничтожного результата — по сравнению с величественной мощью горы. В нашем же случае это громада русского языка-великана — и куцый проект закона о нём, не выдерживающий мало-мальски серьёзной профессиональной лингвистической критики.

Текущий

Федеральный закон от 5 мая 2014 г. N 101-ФЗ
«О внесении изменений в Федеральный закон «О государственном языке Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового регулирования в сфере использования русского языка»

Принят Государственной Думой 23 апреля 2014 года

Одобрен Советом Федерации 29 апреля 2014 года

Статья 1

Внести в Федеральный закон от 1 июня 2005 года N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» (Собрание законодательства Российской Федерации, 2005, N 23, ст. 2199; 2013, N 27, ст. 3477) следующие изменения:

1) часть 6 статьи 1 после слов «литературного языка» дополнить словами «(в том числе нецензурной брани)»;

2) в статье 3:

а) в части 1:

пункт 9 изложить в следующей редакции:

«9) в продукции средств массовой информации;»;

дополнить пунктом 9.1 следующего содержания:

«9.1) при показах фильмов в кинозалах;»;

дополнить пунктом 9.2 следующего содержания:

«9.2) при публичных исполнениях произведений литературы, искусства, народного творчества посредством проведения театрально-зрелищных, культурно-просветительных, зрелищно-развлекательных мероприятий;»;

б) дополнить частью 1.1 следующего содержания:

«1.1. В сферах, указанных в пунктах 9, 9.1, 9.2 и 10 части 1 настоящей статьи, и в иных предусмотренных федеральными законами случаях наряду с государственным языком Российской Федерации могут использоваться государственные языки республик, находящихся в составе Российской Федерации, другие языки народов Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, также иностранные языки.»;

3) пункт 7 статьи 4 дополнить словами «, в том числе за использованием слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, путем организации проведения независимой экспертизы».

Статья 2

1) часть первую статьи 4 дополнить абзацем следующего содержания:

«в фильме не используется нецензурная брань.»;

2) дополнить статьей 5.1 следующего содержания:

«Статья 5.1. Прокатное удостоверение на фильм

Осуществление на территории Российской Федерации проката фильма и (или) показа фильма без прокатного удостоверения, устанавливающего, в частности, способ использования фильма, не допускается, за исключением показа по эфирному, кабельному, спутниковому телевидению фильма, созданного для такого показа, и показа на проводимом на территории Российской Федерации международном кинофестивале фильма, ввезенного из-за рубежа для данного показа.

Образец прокатного удостоверения на фильм утверждается федеральным органом исполнительной власти в области кинематографии.

Осуществление на территории Российской Федерации проката фильма и (или) показа фильма без прокатного удостоверения на фильм или нарушение установленного в прокатном удостоверении способа использования фильма влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Прокатное удостоверение на фильм не выдается в случае, если фильм содержит материалы, нарушающие законодательство Российской Федерации о противодействии терроризму и экстремистской деятельности, содержит сведения о способах, методах разработки и изготовления наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров, материалы, пропагандирующие порнографию, культ насилия и жестокости, в фильме используются скрытые вставки и иные технические приемы и способы распространения информации, воздействующие на подсознание людей и (или) оказывающие вредное влияние на их здоровье, а также в случае нарушения установленного Правительством Российской Федерации порядка выдачи прокатного удостоверения на фильм и в иных определенных федеральными законами случаях. Порядок выдачи, отказа в выдаче и отзыва прокатного удостоверения на фильм устанавливается Правительством Российской Федерации.

Прокатное удостоверение на показ фильма не выдается в случае, если фильм содержит нецензурную брань.».

Статья 3

1) дополнить статьей 6.26 следующего содержания:

«Статья 6.26. Организация публичного исполнения произведения литературы, искусства или народного творчества, содержащего нецензурную брань, посредством проведения театрально-зрелищного, культурно-просветительного или зрелищно-развлекательного мероприятия

1. Организация публичного исполнения произведения литературы, искусства или народного творчества, содержащего нецензурную брань, посредством проведения театрально-зрелищного, культурно-просветительного или зрелищно-развлекательного мероприятия —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двух тысяч до двух тысяч пятисот рублей; на должностных лиц — от четырех тысяч до пяти тысяч рублей; на юридических лиц — от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

2. Повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 настоящей статьи, —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двух тысяч пятисот до пяти тысяч рублей; на должностных лиц — от пяти тысяч до двадцати тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до одного года; на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, — от пяти тысяч до двадцати тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток; на юридических лиц — от пятидесяти тысяч до ста тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.»;

2) дополнить статьей 6.27 следующего содержания:

«Статья 6.27. Распространение экземпляров аудиовизуальной продукции и фонограмм на любых видах носителей, экземпляров печатной продукции, содержащих нецензурную брань, без специальной упаковки и текстового предупреждения

1. Распространение экземпляров аудиовизуальной продукции и фонограмм на любых видах носителей, экземпляров печатной продукции (за исключением продукции средств массовой информации), содержащих нецензурную брань, без специальной упаковки и текстового предупреждения в виде словосочетания «содержит нецензурную брань» —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двух тысяч до двух тысяч пятисот рублей; на должностных лиц — от четырех тысяч до пяти тысяч рублей; на юридических лиц — от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

2. Повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 настоящей статьи, —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двух тысяч пятисот до пяти тысяч рублей; на должностных лиц — от пяти тысяч до двадцати тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до одного года; на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, — от пяти тысяч до двадцати тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток; на юридических лиц — от пятидесяти тысяч до ста тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.»;

3) главу 14 дополнить статьей 14.58 следующего содержания:

«Статья 14.58. Осуществление проката фильма и (или) показа фильма без прокатного удостоверения на фильм

1. Осуществление проката фильма и (или) показа фильма без прокатного удостоверения на фильм, если такое удостоверение требуется в соответствии с федеральным законом, или нарушение установленного в прокатном удостоверении способа использования фильма —

влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от пятидесяти тысяч до ста тысяч рублей.

2. Повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 настоящей статьи, —

влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от ста тысяч до двухсот тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

Примечание. За административные правонарушения, предусмотренные настоящей статьей, лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как юридические лица.»;

4) часть 1 статьи 23.1 после цифр «6.18 — 6.22,» дополнить цифрами «6.26, 6.27,», после цифр «14.57,» дополнить цифрами «14.58,»;

5) в части 2 статьи 28.3:

а) пункт 63 после слов «предусмотренных статьями» дополнить цифрами «6.27,»;

б) в пункте 98 слова «статьей 19.7.7 » заменить словами «статьями 14.58, 19.7.7»;

в) дополнить пунктом 100 следующего содержания:

«100) должностные лица федерального органа исполнительной власти в области культуры — об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 6.26 настоящего Кодекса.».

Статья 4

Экземпляры аудиовизуальной продукции и фонограмм на любых видах носителей, экземпляры печатной продукции (за исключением продукции средств массовой информации), содержащие нецензурную брань, допускаются к распространению только в запечатанной упаковке и при наличии текстового предупреждения в виде словосочетания «содержит нецензурную брань». Порядок размещения данного текстового предупреждения устанавливается Правительством Российской Федерации.

Статья 5

1. Настоящий Федеральный закон вступает в силу с 1 июля 2014 года.

2. Положения статьи 6.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (в редакции настоящего Федерального закона) не распространяются на аудиовизуальную и печатную продукцию, фонограммы, экземпляры которых выпущены в оборот до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

3. Прокатное удостоверение на показ фильма, выданное до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, сохраняет силу при условии соответствия требованиям Федерального закона от 22 августа 1996 года N 126-ФЗ «О государственной поддержке кинематографии Российской Федерации» (в редакции настоящего Федерального закона).

Президент Российской Федерации

В. Путин

Москва, Кремль
5 мая 2014 г.
N 101-ФЗ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *