Инновационная Россия 2020

В сборнике представлены результаты статистических обследований, характеризующие инновационные процессы в экономике страны. Приводятся показатели, отражающие развитие технологических и нетехнологических инноваций, ресурсное обеспечение, кадровый потенциал и результативность инновационной деятельности, включая уровень новизны и рынки сбыта инновационной продукции. В публикацию включены индикаторы интенсивности кооперационных связей, патентной деятельности, а также оценки факторов, сдерживающих развитие нововведений и источников инноваций. Информация систематизирована по видам экономической деятельности с учетом уровня технологичности отраслей, а также формам собственности, величине организаций. Отдельные главы сборника посвящены характеристике инновационной деятельности в регионах Российской Федерации и международным сопоставлениям, охватывающим широкий круг индикаторов.

При подготовке сборника были использованы материалы Федеральной службы государственной статистики, Организации экономического сотрудничества и развития, Европейской комиссии, Евростата, национальных статистических служб зарубежных государств, а также собственные методологические и аналитические разработки Института статистических исследований и экономики знаний Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Наверх

Наглядно о развитии инновационных процессов: итоги 2017 года
Удельный вес организаций, осуществлявших технологические инновации, в общем числе организаций
Объем и интенсивность затрат на технологические инновации
Объем и доля инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных товаров, выполненных работ, услуг
Основные факторы, препятствующие инновациям (по оценкам организаций промышленного производства)

Основные показатели инновационной деятельности

Наверх

1. Инновационная активность организаций
1.1. Совокупный уровень инновационной активности организаций
1.2. Инновационная активность организаций по видам экономической деятельности: 2017
1.3. Инновационная активность организаций по величине: 2017
1.4. Инновационная активность организаций по формам собственности: 2017
1.5. Затраты на технологические, маркетинговые, организационные инновации по видам экономической деятельности: 2017
1.6. Затраты на технологические, маркетинговые, организационные инновации по величине
организаций: 2017
1.7. Затраты на технологические, маркетинговые, организационные инновации по формам собственности организаций: 2017
1.8. Распределение затрат на технологические, маркетинговые, организационные инновации по типам инноваций и видам экономической деятельности: 2017
1.9. Распределение затрат на технологические, маркетинговые, организационные инновации по типам инноваций и величине организаций: 2017
1.10. Распределение затрат на технологические, маркетинговые, организационные инновации по типам инноваций и формам собственности организаций: 2017

Наверх

2. Технологические инновации

2.1. Организации, осуществлявшие технологические инновации

2.1.1. Удельный вес организаций, осуществлявших технологические инновации, в общем числе организаций
2.1.2. Удельный вес организаций, осуществлявших технологические инновации, в общем числе организаций по видам экономической деятельности: 2017
2.1.3. Удельный вес организаций, осуществлявших продуктовые и процессные инновации, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.1.4. Удельный вес организаций, осуществлявших одновременно технологические и маркетинговые инновации, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.1.5. Удельный вес организаций, осуществлявших одновременно технологические и организационные инновации, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.1.6. Удельный вес организаций, осуществлявших отдельные виды инновационной деятельности, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации
2.1.7. Удельный вес организаций, осуществлявших отдельные виды инновационной деятельности, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017

2.2. Затраты на инновационную деятельность

2.2.1. Затраты на технологические инновации
2.2.2. Затраты на технологические инновации по видам экономической деятельности: 2017
2.2.3. Интенсивность затрат на технологические инновации по видам экономической деятельности: 2017
2.2.4. Удельный вес затрат на отдельные виды инновационной деятельности в общем объеме затрат на технологические инновации
2.2.5. Затраты на технологические инновации по видам инновационной и экономической деятельности: 2017
2.2.6. Распределение затрат на технологические инновации по видам инновационной и экономической деятельности: 2017
2.2.7. Структура затрат на технологические инновации по источникам финансирования
2.2.8. Затраты на технологические инновации по источникам финансирования и видам экономической деятельности: 2017
2.2.9. Распределение затрат на технологические инновации по источникам финансирования и видам экономической деятельности: 2017
2.2.10. Удельный вес кредитов и займов в общем объеме затрат на технологические инновации по видам экономической деятельности: 2017
2.2.11. Удельный вес субсидий в общем объеме затрат на технологические инновации по видам экономической деятельности: 2017
2.2.12. Удельный вес организаций, получавших финансирование из средств бюджетов всех уровней, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017

2.3. Кадровый и научный потенциал

2.3.1. Среднесписочная численность работников организаций, осуществлявших технологические инновации
2.3.2. Среднесписочная численность работников организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.3.3. Среднесписочная численность работников организаций, осуществлявших технологические инновации, в общей численности занятых по видам экономической деятельности: 2017
2.3.4. Число научно-исследовательских подразделений в организациях, осуществлявших технологические инновации
2.3.5. Организации, имевшие научно-исследовательские, проектно-конструкторские подразделения, по видам экономической деятельности: 2017
2.3.6. Удельный вес работников, выполнявших исследования и разработки, в общей численности работников организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017

2.4. Результаты инновационной деятельности

2.4.1. Объем инновационных товаров, работ, услуг
2.4.2. Объем инновационных товаров, работ, услуг по уровню новизны и видам экономической деятельности: 2017
2.4.3. Вновь внедренные или подвергавшиеся значительным технологическим изменениям инновационные товары, работы, услуги, новые для рынка сбыта организации, по видам экономической деятельности: 2017
2.4.4. Вновь внедренные или подвергавшиеся значительным технологическим изменениям инновационные товары, работы, услуги, новые для мирового рынка, по видам экономической деятельности: 2017
2.4.5. Вновь внедренные или подвергавшиеся значительным технологическим изменениям инновационные товары, работы, услуги, новые для организации, но не новые для рынка, по видам экономической деятельности: 2017
2.4.6. Объем инновационных товаров, работ, услуг по государственным и муниципальным контрактам по видам экономической деятельности: 2017
2.4.7. Удельный вес товаров, работ, услуг организаций, осуществлявших и не осуществлявших технологические инновации, в общем объеме отгруженных товаров, выполненных работ, услуг по видам экономической деятельности: 2017
2.4.8. Экспорт инновационных товаров, работ, услуг
2.4.9. Экспорт инновационных и не подвергавшихся технологическим изменениям товаров, работ, услуг по видам экономической деятельности: 2017
2.4.10. Продажи инновационных товаров, работ, услуг на внутреннем и внешнем рынках
2.4.11. Структура экспорта инновационных товаров, работ, услуг по странам
2.4.12. Экспорт инновационных товаров, работ, услуг по странам и видам экономической деятельности: 2017
2.4.13. Оценка результатов инновационной деятельности: 2015–2017
2.4.14. Рейтинг результатов инновационной деятельности

2.5. Факторы, препятствующие инновациям

2.5.1. Оценка факторов, препятствующих инновациям: 2015–2017
2.5.2. Рейтинг факторов, препятствующих инновациям
2.5.3. Организации, прекратившие инновационную деятельность в течение последних трех лет, по видам экономической деятельности: 2017

2.6. Кооперационные связи в инновационной сфере

2.6.1. Удельный вес организаций, участвовавших в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации
2.6.2. Организации, участвовавшие в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, по видам экономической деятельности: 2017
2.6.3. Организации, осуществлявшие технологические инновации и участвовавшие в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, по странам-партнерам и видам экономической деятельности: 2017
2.6.4. Организации, осуществлявшие технологические инновации и участвовавшие в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, по типам партнеров и видам экономической деятельности: 2017
2.6.5. Технологическое партнерство при выполнении исследований и разработок организаций, осуществлявших технологические инновации: 2017
2.6.6. Организации, осуществлявшие технологические инновации и участвовавшие в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, по типам кооперационных связей и видам экономической деятельности: 2017
2.6.7. Совместные проекты по выполнению исследований и разработок организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.6.8. Совместные проекты по выполнению исследований и разработок организаций, осуществлявших технологические инновации, по типам партнеров и видам экономической деятельности: 2017
2.6.9. Совместные проекты по выполнению исследований и разработок организаций, осуществлявших технологические инновации, по типам кооперационных связей и видам экономической деятельности: 2017
2.6.10. Технологическая независимость при разработке технологических инноваций: 2017
2.6.11. Удельный вес организаций, участвовавших в технологическом обмене, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации
2.6.12. Удельный вес организаций, участвовавших в технологическом обмене, в их общем числе по видам экономической деятельности: 2017
2.6.13. Удельный вес организаций, участвовавших в технологическом обмене, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.6.14. Структура организаций, осуществлявших технологические инновации и участвовавших в технологическом обмене, по странам и регионам
2.6.15. Импорт и экспорт технологий организациями, осуществлявшими технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.6.16. Формы приобретения технологий организациями, осуществлявшими технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.6.17. Формы передачи технологий организациями, осуществлявшими технологические инновации, по видам экономической деятельности: 2017
2.6.18. Удельный вес организаций, оценивших отдельные источники информации для технологических инноваций как основные, в общем числе организаций: 2016
2.6.19. Рейтинг источников информации для технологических инноваций

2.7. Патентная деятельность организаций

2.7.1. Организации, имеющие действующие охранные документы на объекты интеллектуальной собственности
2.7.2. Организации, осуществлявшие патентную деятельность: 2017
2.7.3. Организации, имеющие действующие охранные документы на объекты интеллектуальной собственности, по видам экономической деятельности: 2017
2.7.4. Организации, подававшие заявки на получение охранных документов на объекты интеллектуальной собственности, по видам экономической деятельности: 2017
2.7.5. Наличие объектов интеллектуальной собственности в организациях: 2017
2.7.6. Число действующих охранных документов на объекты интеллектуальной собственности в организациях, осуществлявших технологические инновации: 2017
2.7.7. Число заявок на получение охранных документов на объекты интеллектуальной собственности в организациях, осуществлявших технологические инновации: 2017
2.7.8. Удельный вес организаций, оценивших отдельные методы защиты научно-технических разработок как основные, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации: 2017
2.7.9. Рейтинг методов защиты научно-технических разработок в организациях, осуществлявших технологические инновации

Наверх

3. Маркетинговые инновации
3.1. Удельный вес организаций, осуществлявших маркетинговые инновации, в общем числе организаций
3.2. Удельный вес организаций, осуществлявших маркетинговые инновации, в общем числе организаций по видам экономической деятельности: 2017
3.3. Технологическая независимость при разработке маркетинговых инноваций: 2017
3.4. Затраты на маркетинговые инновации по видам экономической деятельности: 2017
3.5. Удельный вес организаций, осуществлявших отдельные виды маркетинговых изменений, в общем числе организаций, имевших готовые маркетинговые инновации в течение последних трех лет, по видам инноваций и экономической деятельности: 2017

Наверх

4. Организационные инновации
5.1. Удельный вес организаций, осуществлявших организационные инновации, в общем числе организаций по видам экономической деятельности
5.2. Кооперация при разработке организационных инноваций: 2016
5.3. Затраты на организационные инновации по видам экономической деятельности
5.4. Удельный вес организаций, осуществлявших отдельные виды организационных изменений, в общем числе организаций, имевших готовые организационные инновации в течение последних трех лет, по видам инноваций и экономической деятельности: 2016

Наверх

5. Экологические инновации
5.1. Удельный вес организаций, осуществлявших экологические инновации, в общем числе организаций, имевших готовые инновации в течение последних трех лет
5.2. Удельный вес организаций, осуществлявших экологические инновации, в общем числе организаций, имевших готовые инновации в течение последних трех лет, по видам экономической деятельности: 2017
5.3. Удельный вес организаций, осуществлявших инновации, обеспечивающие повышение экологической безопасности в процессе производства товаров, работ, услуг, в общем числе организаций, осуществлявших экологические инновации: 2017
5.4. Удельный вес организаций, осуществлявших инновации, обеспечивающие повышение экологической безопасности в результате использования потребителем инновационных товаров, работ, услуг, в общем числе организаций, осуществлявших экологические инновации: 2017
5.5. Организации, осуществлявшие экологические инновации, по целям и видам экономической деятельности: 2017
5.6. Удельный вес организаций, использующих систему контроля за загрязнением окружающей среды, в общем числе организаций: 2017
5.7. Специальные затраты, связанные с экологическими инновациями: 2017

Наверх

6. Инновационная деятельность в регионах Российской Федерации
6.1. Удельный вес организаций, осуществлявших технологические инновации, в общем числе организаций, по федеральным округам
6.2. Распределение субъектов Российской Федерации по основным показателям развития инновационной деятельности: 2017
6.3. Организации, осуществлявшие технологические, маркетинговые, организационные инновации: 2017
6.4. Удельный вес организаций, осуществлявших отдельные виды инновационной деятельности, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации: 2017
6.5. Объем инновационных товаров, работ, услуг: 2017
6.6. Участие организаций в совместных проектах по выполнению исследований и разработок: 2017
6.7. Затраты на технологические инновации: 2017
6.8. Распределение затрат на технологические инновации по видам инновационной деятельности: 2017
6.9. Основные показатели инновационной деятельности по наукоградам: 2017

Наверх

7. Международные сопоставления
7.1. Совокупный уровень инновационной активности организаций
7.2. Удельный вес организаций, осуществлявших технологические инновации, в общем числе организаций
7.3. Удельный вес организаций, осуществлявших маркетинговые инновации, в общем числе организаций
7.4. Удельный вес организаций, осуществлявших организационные инновации, в общем числе организаций
7.5. Основные показатели инновационной деятельности организаций промышленного производства стран СНГ: 2017
7.6. Удельный вес организаций, осуществлявших отдельные виды инновационной деятельности, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации: 2017
7.7. Удельный вес организаций, получавших финансирование из средств бюджета, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации
7.8. Интенсивность затрат на технологические инновации
7.9. Структура затрат на технологические инновации по видам инновационной деятельности
7.10. Удельный вес инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных товаров, выполненных работ, услуг
7.11. Удельный вес вновь внедренных или подвергавшихся значительным технологическим изменениям инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных товаров, выполненных работ, услуг
7.12. Удельный вес организаций, участвовавших в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации
7.13. Удельный вес организаций, участвовавших в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, в общем числе организаций, осуществлявших технологические инновации, по странам-партнерам
7.14. Распределение организаций, осуществлявших технологические инновации и участвовавших в совместных проектах по выполнению исследований и разработок, по типам партнеров: 2017
7.15. Удельный вес организаций, оценивших отдельные факторы, препятствующие технологическим инновациям, как основные, в общем числе организаций, имевших готовые инновации в течение последних трех лет: 2017
7.16. Удельный вес организаций, осуществлявших экологические инновации, в общем числе организаций, имевших готовые инновации в течение последних трех лет, по видам инноваций: 2015–2017

Наверх

Александр Запольскис, 6 ноября 2019, 10:40 — REGNUM По мере приближения конца текущего года начинает набирать масштаб процесс оценки стратегических итогов развития государства. Потому что как раз на 2020 год был назначен финиш амбициозной программы, известной как «Стратегия Россия 2020», предполагавшей выход страны на постиндустриальную модель устойчивого развития, вхождение в пятерку крупнейших по размеру ВВП экономик планеты и множество разных прочих успешных показателей.

Флаги России Алексей Колчин © ИА REGNUM

По мнению критиков, достичь обещанного правительству не удалось. В их представлении, поставив свою подпись под документом, Владимир Путин, тем самым как бы лично пообещал к 2020 году обеспечить устойчивый рост ВВП в 6,4−6,5% ежегодно. И не выполнил! С 2014 по 2018 среднегодовой рост составил всего 0,5%, и только на 2019−2020 годы Минэкономразвития прогнозирует 1,3−1,7%. В целом же вышло нарастить ВВП только на 5,8% за период 2013—2019 годов в сумме.

Ну, и . Где обещанный рост реальных располагаемых доходов населения на 64−72%? Где полуторократное увеличение расходов на медицину и образование? Нету! Значит, план провалился.

Что любопытно, критики стремятся стратегию, как процесс, представить именно планом, выполнить который действительно не удалось. Но при этом из 41 контрольного показателя они озвучивают от силы пять, выбранных наиболее тенденциозно. И манипулируют еще тремя, раскрывая, так сказать, не всю правду.

Объём внешней торговли. 2014 Thereisnous

И вообще, если показателей было 41, то почему обсуждается только менее десятка? Тем более о провале говорится вообще лишь в пяти. Возникает вопрос — а сама стратегия была о чем? Особенно учитывая тот факт, что планов с одинаковым названием на самом деле существовало два.

Первую программу с громким названием «Стратегия Россия 2020» правительство РФ приняло еще в 2008 году. Она основывалась на нескольких фундаментальных стремлениях. Кстати говоря, полностью совпадавших с требованиями оппозиции того времени. Это к тому, что критикуя результаты, следует признать и ошибочность позиции критиков.

Например, тогда страну ругали за критичность зависимости от нефтяной иглы. Вполне оправданно, так как в 2007 половина национального ВВП (47%) формировал сырьевой экспорт. Что являлось одним из самых высоких показателей среди развитых экономик того времени. Стратегия развития России (СРР-2020) предполагала существенно изменить баланс в пользу роста экономики в целом, а также опережающего развития несырьевых направлений. Тем самым доля внешней торговли должна была снизиться до примерно трети «как у других развитых стран».

Нефть Иван Шилов © ИА REGNUM

Правительство не обошло стороной и желания оппозиции в области повышения уровня жизни граждан. Было заявлено стремление повысить душевой ВВП о ППС с 13,9 тыс. (2007 или 42% от среднего уровня государств-членов ОЭСР) до 30 тыс. долларов в 2020 году (70%). Также в полтора раза поднять уровень охвата населения средним профессиональным и высшим образованием (с 50 до 60−70%), а также довести средний уровень обеспеченности жильём к 2020 году до 30 квадратных метров на человека или 100 метров на среднестатистическую семью.

Но как бы странно такое ни звучало, главными являлись другие цели. В первую очередь, занятие значимого (в 5−10%) места на мировом рынке высокотехнологичных товаров и интеллектуальных услуг по меньшей мере в 5−7 секторах. Формирование условий для появления и ускоренного роста частных предприятий, в первую очередь в инновационных сферах. И вообще, термин инновации оказался предельно фетишизирован. Примерно, как и выражение — постиндустриальная экономика.

Именно это оказалось главной всеобщей стратегической ошибкой. Всеобщей потому, что суть постиндустриализма толком не понимали не только государственные чиновники, но и все те, кто их из народа ругал. И тем, и другим, в конечном счёте, захотелось ни много, ни мало как сталинскую Индустриализацию 2.0, только в новых исторических условиях.

Раз Советский Союз сумел за десяток лет перепрыгнуть от Разрухи по итогам Гражданской войны в мировые промышленные лидеры, то значит, нынешняя Россия повторить рекорд должна суметь тоже.

А что конкретный план действий непонятен, так не беда. В организационном смысле СРР-2020 образца 2008 года делилась на два больших этапа. С 2008 по 2011 страна дружно займется ревизией текущего положения, анализом узких мест, поиском внутренних и внешних направлений роста, а также их увязыванием в общий оперативный план, который дальше ляжет в основу конкретных тактических ежегодных действий на остальное время с 2012 по 2020. Именно отсюда изначальные примерно 2−2,2−2,4% годового роста ВВП за 12 лет превратились в 6,5% за 6−7 лет.

Впрочем, строго говоря, общих ошибок оказалось три. Во-первых, стратегия базировалась на убежденности в открытости внешних рынков и их готовности играть по общим правилам абстрактного теоретического капитализма. Когда без разницы, откуда взялся конкурент, главное, чтобы его условия для рынка оказались лучше прочих.

Во-вторых, она предполагала линейность всех экономических процессов и стабильность политических условий. Авторам и их критикам, в том числе нынешним, не приходило в голову, что свободное торговое пространство может внезапно полностью исчерпаться, а коллективный Запад способен начать против России политически мотивированную санкционную войну, в том числе, вести её прямо себе в убыток.

В-третьих, тогда считалось, что инновации это всегда хорошо. Экономика спит и видит технологическую революцию, чтобы её как можно быстрее у себя внедрить для ускорения темпов и расширения масштабов получаемой прибыли. И у России на сей счёт имеется важное преимущество в виде государственной централизации, способной быстрее найти и выделить перспективные открытия, обеспечить их ресурсами и внедрением в производство. В том числе через оптимизацию законодательной и налоговой базы.

Анализ итогов первого этапа показал кардинальное расхождение реальности с господствовавшими о ней представлениями в рамкам экспортируемой с Запада «правильной картины мира». Свободный рынок был свободен исключительно для западного капитала и сильно ограничен для всех прочих. А российская фактическая промышленная база зияла огромными брешами по большинству фундаментальных направлений.

От падения объёмов и технологического уровня выпускаемого отечественного станочного парка до почти полного провала в области элементной базы, программного обеспечения, а самое главное — востребованности всего этого российской экономикой в целом. В первую очередь, в малом и среднем бизнесе, ставка на опережающее развитие которого изначально считалась приоритетной.

Второй большой ржавой миной оказалось упомянутое выше отсутствие понимания смысла и сути инноваций как таковых. Красиво читать общую статистику о том, что только менее 8% инвестиций в инновации выстреливают положительным успехом, а 92% денег пропадают впустую, пока эти деньги не из твоего кармана. Тем более не из государственного.

В представлении «контролирующих и надзирающих» органов, а также абсолютного большинства критиков из народа любой политической ориентации те 92% однозначно трактуются как казнокрадство и свидетельство общей неэффективности государства, как системы. Что никакое исследование не может заранее твердо гарантировать результат, тем более не сиюминутно прикладной, а сразу фундаментальный, не интересовало никого. Раз деньги взял, изволь показать прибыль. Если её нет — изволь в тюрьму. И тех, кто деньги выделял, — туда же.

Так как отличить, где итога не дали сами исследования, а где действительно имело место мошенничество, в принципе невозможно, система, в конечном счете, стала одновременно повышать и входные требования для получения грантов и строгость наказания за не достижение положительного результата. Что на выходе вылилось в резкое сокращение желающих что-либо пробовать исследовать. За исключением фундаментальной науки, традиционно финансирующейся, прежде всего, из неэкономических мотивов.

Опять же исследовать зачем? Даже в случае успеха результат не мог быть внедрен в экономику немедленно. Требовался длительный этап организации производства, получения практических образцов и их внедрения в реальные техпроцессы. Ожидать тут мгновенной отдачи не приходилось.

Тогда как реальные заводы и фабрики за значительно меньшие деньги и в куда как более короткие сроки могли покупать необходимое на зарубежных рынках. Наглядный тому пример — история с попытками создать собственный отечественный пассажирский самолет для замены боингов и айрбасов.

В результате анализа фактического положения дел появился новый, скорректированный план, также названный «Стратегия инновационного развития России 2020», утвержденный в декабре 2011 года. В значительной степени по ключевым контрольным показателям он повторял его первую итерацию, но исходил уже из заметно иного подхода.

Малый и средний бизнес инновационным драйвером России пока стать не может. При относительно небольшой (37%) на 2012 год доле государства в экономике контролируемые государством крупные предприятия производят не менее 60% валового продукта в целом и более 80% всего, что относится к передовым технологиям. При этом во Франции доля государства в ВВП превышала 51%, в Австрии — 48,6%, а в среднем по Евросоюзу она составляла 45,8%.

Общество также сходилось во мнении, что развивать экономику может исключительно государство, способное как выделить необходимые деньги, так и обеспечить контроль за их целевым использованием. Тогда как частник, заинтересованный исключительно в сиюминутной прибыли, всё по-любому разворует.

Отсюда сформировалась ставка на укрепление мер в двух базовых направлениях. С одной стороны, на развитие и конкретизацию механизмов и органов контроля. С другой, на формирование специализированных госкорпораций, отвечающих за ускорение инновационного развития. Так появились Роснано, Ростех, Сколково, Российский фонд технологического развития, Агентство стратегических инициатив и ряд других.

Частично положение исправилось, но фактически успех оказался достигнут лишь там, где изначально имелось достаточно чёткое понимание смыслов предпринимаемых действий. Например, доля крупных компаний в национальной экономике поднялась до 79% против 42% в среднем по сопоставимым развитым странам. В настоящий момент государство контролирует 81% крупного бизнеса России.

Однако итоги анализа результатов, изложенные в «Национальном докладе об инновациях в России 2016» показали, что по всему кругу изначально постулированных целей удалось обеспечить лишь примерно тридцатипроцентное достижение результата. Причём в общей картине наблюдаются серьёзные перекосы.

Например, в области спроса на инновационную продукцию наблюдается резкий рост, расходы на НИОКР в бюджете увеличиваются, исследовательская кооперация между компаниями, секторами и отраслями расширяется. В то же самое время вложения в НИОКР со стороны частного бизнеса сокращаются, патентная активность серьёзно просела, а фактический спрос на отечественную инновационную продукцию вообще упал. В частности, доля самолётов российского производства в парке Аэрофлота снизилась с 75% в 2000 году до 11% в 2015.

История с Sukhoy Superjet 100 — вообще отдельная песня. Уже доведённую до серийного производства машину отечественные перевозчики брать отказываются. Спору нет, ряд их возражений достаточно обоснован. Однако наивно ожидать сходу получить идеал, по лётно-техническим характеристикам существенно превосходящий двух ведущих мировых конкурентов, при этом за сильно меньшую цену и при кардинально меньших эксплуатационных расходах. Реальная жизнь — это вам не теоретические книжки по абстрактному маркетингу.

Самолёт SSJ-100 Katsuhiko Tokunaga

Более того, пример с SSJ 100 показателен не только для авиационной отрасли, он рельефно визуализирует положение с инновациями в крупных корпорациях в целом. Абсолютному большинству там они не нужны. В том смысле, что идти на сложности по перестройке собственных производственных процессов и соглашаться на падение финансовых показателей в переходный период их руководство согласно лишь при условии, что инновации сходу окажутся очень сильно эффективнее существующих аналогов, одновременно значительно дешевле них по деньгам.

А так как половина российской экономики основана на процессах высокого уровня ответственности (например, в энергетике), даже чисто техническая процедура замены чего-то старого, но привычного, на новое, инновационное, сопряжена со сложным и длительным процессом сертификации, проверок, опытной эксплуатации на второстепенных участках.

Иными словами, быстрое внедрение чего бы то ни было в крупных масштабах здесь невозможно в принципе. К тому же внедрение требует существенных расходов и не обеспечивает быстрого и большого роста прибыли. А именно её хотят немедленно получить все, включая критиков.

Еще до 40% экономического объёма составляют предприятия, перспектив внедрения инноваций не имеющие в принципе. Как вы себе представляете инновации в кафе, пиццерии или суши-баре? А на автозаправке? А на шиномонтаже? Тут даже полностью роботизированный складской комплекс уже фантастика. Его организация по традиционным технологиям стоит сильно дешевле и куда проще технически.

Таким образом, эффекта от внедрения новинок можно ожидать не более чем в 10−11% экономики, что никоим образом не в состоянии вытащить её всю до уровня роста в 6,5% в год. Требовать этого по меньшей мере глупо, как малоадекватно обвинять в не достижении заведомо недостижимого. Хотя, согласен, в целом стремиться к этому, безусловно, необходимо. Однако, при этом не теряя понимания, что прибыль получится далеко не завтра.

Отсюда и получилось, что подавляющее большинство усилий государства по развитию инноваций, в конечном счёте, ушло в области, априори дающие ограниченный, а то и вообще сильно отложенный результат. В частности, в модернизацию образования, инновационной среды и общую науку. Но так как чёткости в понимании смыслов инноваций по-прежнему нет, и без того отложенный результат отодвигается ещё дальше.

Можно ли за это государство винить — вопрос риторический. Если кто-то в состоянии предложить какой-либо альтернативный, но в реальных условиях действительно реализуемый и практически достижимый план, то да, такая критика итогов уместна.

Вот только даже самые спокойные её источники, к сожалению, сосредотачиваются исключительно на несовпадении результата с обещаниями, а не на поиске предложений — как же задачу сформулировать так, чтобы она стала действительно решабельной.

Пока же приходится признать следующее. Как мечталось изначально в далеком 2008, со стратегией не получилось вовсе. Это медицинский факт. Однако негативный результат тем не менее принёс важную пользу в виде улучшения понимания сути происходящих процессов, без которого говорить о достижении любых результатов попросту глупо.

Доработанная стратегия в варианте представлений 2011 года также сбоит, но уже по несколько другим причинам и в существенно меньших масштабах. Часть из них — внутренние, в частности, указанные выше проблемы с НИОКР в крупных корпорациях. Часть — внешние. Откровенно наивно требовать исполнения планов десятилетней давности в полном отрыве от учёта негативных последствий политического характера событий 2014 года. Вообще-то планировалось развиваться в условиях мирного времени, тогда как страна вот уже пятый год находится в состоянии экономической войны с США и ЕС.

Однако нельзя сказать, что коль все показатели не обеспечены в точности до грамма, значит, всё провалилось, все не справились, всех ловить, увольнять и сажать. По факту, разница между пятым местом Германии и шестым у России составляет всего 0,1% мирового ВВП. То есть в целом по главному итогу — развитию экономики страны — мы сумели достичь стратегической цели даже вопреки войне.

Далее с ростом, как таковым. Выйти быстро на китайские темпы, действительно, не получилось. Тем не менее, удалось сформировать предпосылки постепенного выхода на 1,3 — 1,7% в 2019—2020 годах и до 3,1−3,3% с 2021 года. Это меньше чем 6,5? Да.

Однако не стоит забывать, что МВФ в своём докладе тоже понизил прогноз темпов роста мировой экономики в 2019 году до 3,5%. Причем речь идёт не о разовой просадке, а о нисходящем тренде, длящемся уже третий год подряд. То есть в 2020—2025 годах кривая опустится ещё ниже. Стало быть, в целом у нас таки получается сформировать тенденцию опережения.

Да и чисто по потребительским параметрам картина также далека от алармистской. В 1990 году на одного человека в стране приходилось 15,1 кв метра общей площади жилья. В 2008 его было уже 20,3 м2. В 2012-м — 22,1 м2, в 2014 — 23,5 м2, в 2017 — 25 м2, в 2018 — 25,3 м2. Это, безусловно, меньше, чем десятилетие назад обещанные 30, но говорить о полном провале по этому показателю по меньшей мере тенденциозно.

Квартира

Так что вывод напрашивается неоднозначный, но тем не менее достаточно наглядный. Формально сиюминутный успех СРР-2020 незначителен. Выйти на контрольный показатель не получилось ни по одному параметру. Что даёт бездумным критикам богатую почву пинать государство и пенять за неэффективность капитализма в целом.

Но объективно почти все цифры с самого начала являлись довольно серьёзно оторванными от реальности, отражая не столько действительные возможности России, сколько пламенное желание чуда со стороны всего общества в целом. Оно не совпало с реальными возможностями? И что с того?

Если посмотреть на стратегические цели майских указов 2018 года, легко увидеть, что стремление государства к продолжению модернизации и развитию экономики сохраняется. Более того, уровень мечтаний в нём сократился, а степень адекватности, наоборот, возросла. Ключевые узкие места вскрыты, в частности, в повышении эффективности управления, и активно расшиваются.

А что не всё сразу и результат не буквально завтра к утру, так для процессов подобного масштаба это естественно. Тем более главное, что, да, рвануть сразу на 50% к уровню 2008 года не вышло, но тем не менее на 10−12% всё равно получилось. Тот же душевой ВВП по ППС получилось поднять с изначальных 13,9 тыс. долларов до 26,5 тыс. по итогам 2018 года. И поступательный тренд к росту сохраняется. Где тут «полный провал» — решительно непонятно.

Конечно, можно сослаться на то, что при Сталине задача всё равно была бы решена. Но разве сегодня хоть кто-то готов вставать по гудку в 6 утра и, ни разу не глянув в гаджет, пахать по 8 часов у станка или на стройке? Нет. Но тогда и аналогии к временам Сталина не имеют никакого смысла.

МОДЕЛИ ОТКРЫТЫХ И ЗАКРЫТЫХ ИННОВАЦИЙ

В современном мире одним из основных способов опережения конкурентов и получения прибыли являются инновации. «Хорошая процессная или продуктовая инновация — это то, что побуждает потребителя забыть о ваших конкурентах и украсить ваш отчет о движении денежных средств солидным cashflow» . В большинстве случаев инновацию можно легко скопировать, поэтому существует мнение, что рациональная компания должна охранять инновацию и не подпускать конкурентов к своим разработкам. Так ли это и стоит ли компаниям закрывать свои разработки?

Существует две модели, по которым может развиваться инновационный бизнес: модель закрытых инноваций и модель открытых инноваций. Рассмотрим эти модели:

Модель закрытых инноваций подразумевает работу внутри компании без выведения информации наружу. Все разработки внутри компании держатся в строжайшем секрете, а внешние источники новых идей и технологий воспринимаются как подозрительные и ненадежные. Талантливые люди, которые разбираются в рассматриваемой области, работают на компанию. Чтобы получить прибыль от НИОКР необходимо самим совершить открытие, разработать его до продукта, довести его до конечного, востребованного на рынке результата. Компания, которая доводит инновацию до рынка первой, выигрывает. Также необходимо контролировать интеллектуальную собственность, чтобы конкуренты не воспользовались идеей с прибылью для себя.

Минусы модели закрытых инноваций:

  • для большого количества задач, на которые компания тратит огромные ресурсы, существуют достаточно эффективные решения, которые могут быть доступны по весьма невысоким ценам;
  • не все, что было запатентовано, используется компанией (как правило, более 80% всех патентов не приносят прибыли);
  • многие проекты, которые, по мнению компании, неперспективны, на самом деле достаточно ценны, но просто неприменимы внутри компании, так как не вписываются в существующую систему.

Модель открытых инноваций подразумевает, что далеко не все талантливые люди работают на компанию, и она сама должна находить и взаимодействовать с талантливыми людьми, которые работают за ее пределами. Гораздо большую ценность могут создавать внешние НИОКР, внутренние НИОКР необходимы для получения части этой ценности. Не обязательно собственноручно проводить исследования, чтобы в дальнейшем за счет них получить прибыль. Создание более совершенной бизнес-модели важнее, чем выйти на рынок первыми. Если воспользоваться внутренними и внешними идеями по максимуму, то победа рядом. Необходимо получать прибыль от использования другими организациями интеллектуальной собственности компании, также компания должна покупать интеллектуальную собственность у других сторонних организаций, если она эффективно вписывается в применяемую бизнес-модель. Активность в модели открытых инноваций заключатся в поиске технологий, идей, решений, которые могут быть применены для решения существующих проблем и удовлетворения потребностей клиентов. Вокруг достаточное количество технологий и изобретений, не нужно изобретать, достаточно лицензировать и использовать технологии, применяемые в других странах, в других сферах производства. Основной фактор реализации модели открытых инноваций — сотрудничество. Необходимо налаживать взаимовыгодные отношения с большим количеством людей и компаний, важно подбирать надежных партнеров, которые смогут оценить идею, развить и вывести на рынок.

Итак, возвращаемся к вопросу, который был поставлен изначально. Что делать компаниям, закрывать или открывать свои разработки?

Каждая компания – это система, которая работает по своим индивидуальным правилам (бизнес-модель). При нарушении этих правил в компании, как и в любой другой системе, происходит сбой (возможно, в виде убытков). Если допустить, что компания будет использовать модель открытых инноваций, то необходимо учитывать тот факт, что использование интеллектуальных ресурсов другой компании является вмешательством в систему и, для того чтобы компания продолжала эффективно работать на рынке, используемая интеллектуальная собственность должна вписываться в применяемую бизнес-модель. С другой стороны, каждая система должна взаимодействовать с внешней средой. Если взаимодействия с внешней средой нет, то система погибает, допустим, что человеческий организм бы поглощал пищу, но не выделял бы переработанные остатки, тогда он бы погиб. Так и компания, для ее успешной работы, необходимо взаимодействие с внешней средой. Использование модели открытых инноваций обеспечит это взаимодействие. Компания, работающая по этой модели, сможет максимизировать свою прибыль от создания и коммерциализации инновационных проектов, при этом создание и коммерциализация проектов будет происходить совместно с другими компаниями.

Основной идеей модели открытых инноваций является не создание нового изобретения, которое обеспечит конкурентное преимущество компании, а поиск технологий, идей, которые могут удовлетворить в полной мере существующую потребность клиентов. При этом вовсе не обязательно изобретать что-то, можно лицензировать уже существующие в другой стране или отрасли технологии. Также в модели открытых инноваций существует риск не правильного выбора партнера. Необходимо найти адекватного и надежного партнера, который будет заинтересован в сотрудничестве с компанией и не станет той причиной, по которой «система даст сбой».

В процессе исследования данной темы удалось выявить несколько предпосылок смещения деятельности компаний в сторону модели открытых инноваций:

  • интенсивное распространение знаний между субъектами инновационной деятельности;
  • запатентованные разработки не смогли использоваться по причине отсутствия оборудования, кадров, знаний и пр.
  • быстрый рост количества новых разработок в области.

Из всех вышеприведённых факторов можно сделать вывод, что в настоящее время в условиях начала перехода к экономике знаний наиболее выгодная стратегия – это стремление к модели открытых инноваций и реализация соответствующей бизнес-модели. Компании, замыкающиеся на внутренней среде, не конкурентоспособны на рынке. Чаще всего это приводит к тому, что они растрачивают свои ресурсы, дублируя уже созданные инновационные разработки или проведенные кем-либо исследования. Также, компании, которые скрывают информацию о проведенных ими исследованиях, теряют значительную часть прибыли, которую могли бы получить за счет использования другими компаниями их разработок и исследований. Существует риск потери разработчиков и инновационных идей.

В результате исследования было обнаружено, что многие компании считают нецелесообразным придерживаться модели открытых инноваций, поскольку считают, что применяя данную модель, степень защиты интеллектуальной собственности значительно снижается. Некоторые из них придерживаются мнения, что модель открытых инноваций препятствует патентованию. Так ли это? Основной идеей модели открытых инноваций, как уже было сказано выше, является увеличение прибыли компании за счет обмена разработками с другими компаниями и удовлетворения потребностей клиентов. При этом компания и получает большую долю прибыли, продавая лицензии на свои запатентованные разработки. Если разработки не будут патентоваться, то взаимовыгодный обмен осуществить будет невозможно, все будет сводиться к нарушениям. Для того чтобы получить максимальную прибыль от разработок их необходимо патентовать, использовать для осуществления потребностей клиентов и продавать лицензии на их использование. Таким образом, концепция открытых инноваций никак не препятствует патентованию, но даже способствуют ему.

Таким образом, концепция открытых инноваций – один из наиболее эффективных способов обеспечения долгосрочного конкурентного преимущества на современном рынке.

Библиографический список

  1. «Классика теории менеджмента» М.А. Строчева, Вестник Санкт-Петербургского Университета, 2008 год, выпуск 4;
  2. «Модель открытых инноваций (на примере ВПК США)», Е.М. Коростышевская, Инновации №5 (151), 2011;
  3. «Открытые инновации: обзор теории и практики на основе анализа литературы 2003-2010 гг.», Н.Н.Герасимова, Инновации №3(149), 2011;
  4. «Собака пока на сене», Т.Оганесян, Д. Медовников, Эксперт №8 (742), 28 февраля 2011;
  5. «Реализация концепции открытых инноваций как источник конкурентных преимуществ фармацевтических компаний», А.Ю.Маков, Инновации №3 (149), 2011.

Открытые инновации — это модель ведения инновационной деятельности, в которой компания при разработке новых технологий и продуктов рассчитывает не только на собственные внутрикорпоративные НИОКР, но и активно привлекает инновации и компетенции извне. В отличие от концепции закрытых инноваций (когда предприятие использует только имеющиеся у него ресурсы для разработки новых продуктов и услуг) концепция открытых инноваций предполагает получение компаниями доступа к лучшим мировым технологиям и компетенциям, а также использование своих технологий и компетенций для выхода на новые рынки с целью диверсификации. Таким образом, концепция открытых инноваций имеет ряд преимуществ перед концепцией закрытых инноваций: возможность получения большего числа возможных решений поставленной задачи, меньшие сроки получения решения, меньшие финансовые затраты. Однако открытые инновации имеют и недостатки в сравнении с закрытыми инновациями — например, более низкий уровень защиты интеллектуальной собственности и контроля за научно-технической деятельностью.

Распространение концепции открытых инноваций привело к росту рынка трансфера технологий практически в три раза в течение 2000-х гг. Крупнейшие мировые компании начали активно использовать инструменты открытых инноваций: по данным исследования проведенного Генри Чесборо в 2013 г., 78% крупнейших мировых корпораций практикуют открытые инновации.

Так, например, компания P&G нашла на рынке технологию создания съедобных чернил и реализовала проект по запуску производства чипсов Pringles с рисунками на чипсах, что позволило увеличить продажи чипсов на 14% в течение первого года реализации проекта.

Компания Elly Lilly реализует программу поддержки разработки новых лекарств, основанную на концепции открытых инноваций: компания предоставляет ресурсы, в т.ч. доступ к лабораториям и своей базе знаний, и информационную поддержку для проведения исследований, за что получает эксклюзивное право проведения переговоров с разработчиками о покупке технологии. Использование модели открытых инноваций позволяет компании в 3 раза увеличить шансы на успех в разработке новых продуктов.

Инструменты открытых инноваций находят применение и среди российских компаний. По данным опроса, проведенного Клубом директоров по науке и инновациям и O2Consulting среди 50 крупных российских компаний, было выявлено, что 62% крупных российских компаний в той или иной степени осуществляют трансфер технологий.

Российские компании используют инструменты открытых технологий для достижения следующих целей:

для коммерциализации научно-технического задела (73%);

Число российских компаний, использующих открытые инновации, только увеличивается: число компаний в России, использующих инструменты открытых инноваций, увеличилось в 2014 г. по сравнению с 2013 г. в 1,5−3 раза (Рисунок 1).

См. рисунок 1. Наибольший рост применения в 2014 г. среди инструментов открытых инноваций продемонстрировал такой инструмент, как покупка новых технологий

Однако практически половина (45%) представителей крупных российских компаний не удовлетворены решениями, полученными в результате проведения внутренних или заказных НИОКР.

По мнению представителей крупных российских корпораций — участников проведенного опроса, основными барьерами для трансфера технологий в российских компаниях являются внутрифирменные факторы: нехватка умений и навыков для поиска новых решений во внешней среде, а также отношение к инновациям руководителей и ключевых специалистов.

Поэтому ключевой актуальный вопрос практики применения инструментов открытых инноваций в России — как повысить эффективность трансфера технологий и инновационной деятельности компаний в целом?

Результаты совместного исследования по анализу эффективности программ инновационного развития крупных корпораций, а также других исследований, посвященных открытым инновациям, проведенных O2Consulting совместно с Клубом директоров по науке и инновациям, позволили выявить две ключевых проблемы, из-за которых инструменты открытых инноваций не приносят результата (См. рисунок 2. Схема применения открытых инноваций от источников формирования запросов на инновации до конкретных инструментов по покупке компаний, технологий и т.п.):

оторванность инновационной деятельности компаний от стратегических целей и задач предприятий;

ограниченный выбор используемых инструментов открытых инноваций.

Политика компании в области управления инновациями должна быть основана на стратегии компании. Руководители компании, а также специалисты профильных департаментов и отделов компании, отвечающие за инновационное развитие, должны иметь точные ответы на следующие вопросы:

Есть ли у компании долгосрочное видение своего развития, стратегия?

Сформированы ли технологические приоритеты на основе стратегии?

Сформулированы ли конкретные запросы на инновации в соответствии с технологическими приоритетами?

Когда представители компании четко понимают, какие технологии необходимы компании, следующим шагом, необходимым для эффективного применения концепции открытых инноваций, является выбор подходящего инструмента.

Для этого необходимо ответить на следующие ключевые вопросы:

Проведен ли поиск и анализ доступных технологий/компетенций?

Определен ли разрыв между желаемым состоянием и лучшими образцами на рынке? (в сроках, ресурсах, рисках)

Выбраны ли оптимальные инструменты для устранения этого разрыва?

Инструменты открытых инноваций и в российской практике могут применяться очень успешно, что уже доказано отдельными успешными примерами. Одним из таких примеров является применение инструмента открытых инноваций Объединенной двигателестроительной корпорацией (далее — ОДК).

Подводя итоги, можно сказать, что для успешного и эффективного применения открытых инноваций российским компаниям необходимо привязать свою инновационную деятельность к собственным стратегиям развития, а также научиться выбирать для решения своих задач оптимальный инструмент открытых инноваций из всех имеющихся, а не только из списка тех инструментов, которые им знакомы и к которым они привыкли. Упростить процесс применения инструментов открытых инноваций компаниям также могут помочь технологические брокеры, которые во всем мире сопровождают весь комплекс задач от постановки запросов до получения конечного результата.

Дата: 27.10.2015
Эксперты: Никитченко Алексей Анатольевич, Пикулева Екатерина Александровна
Источник: ИА Regnum

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *