Можно ли фотографировать в музее

Мы ненавидим тех, кто фотографирует в театре или кино, так почему же нам так хочется заснять что-то в музее?

Долгое время я была ярым противником запрета на фотографии в музеях. Потому что – какая глупость.

Многие музеи все еще запрещают снимать, обычно – из-за авторских прав. Или разрешают, но без вспышки. Но в целом можно сказать, что эта война выиграна в пользу посетителей.

Музеи оказались в ситуации «запретить нельзя разрешить”. Невозможно противиться прогрессу. Нет шанса схватить за руку каждого, кто втихую пытается снять очередной шедевр. Некоторые действительно пошли на этот шаг. Но большинство просто сдались. В какой-то момент стало очевидно, что люди все равно будут делать фотографии, даже если их бить по рукам картинами.

Если с визуальным искусством более-менее все ясно, то стоит ли разрешать фотографировать перформанс или акцию? Ведь если ты в этом участвуешь, то ты переживаешь какой-то особенный опыт, который ни фото, ни видео не передадут, даже если сперва складывается такое впечатление. Разница примерно такая, как смотреть порнографию и заниматься сексом.

Наверное, этот вопрос не лежит в плоскости «должны ли музеи запрещать что-то зрителю”. У зрителя должна быть какая-то внутренняя этика, которая не позволит лупить селфи на фоне Звездной ночи Ван Гога или неистово снимать Мону Лизу в толпе подняв руку, заранее зная, что ее качественных изображений в сети миллионы.

Желание выложить фото и показать, что ты реально был в Лувре или МоМА становится важнее самого факта нахождения там, важнее художественного опыта. Важен только мир вокруг тебя и твое место в нем. Но не мир сам по себе.

Желание сфотографировать что-то прежде, чем ты действительно увидел, рассмотрел это – болезнь времени, которая не касается только искусства. И все же, если общество предпочитает получать искаженный опыт, то не стоит ли его в этом ограничить?

Все еще существует несколько мест, где мы не делаем фотографий, и при этом не стремимся получить на это права. Например, театр и кинотеатр. Большинство все-таки воздерживается. Здесь мы вполне согласны с тем, что нам не нужно специальное право на фотографирование. А тех, кто снимает, все ненавидят. И здесь опыт все еще важнее документации того, что он был пережит.

Многие музеи, включая LACMA отмечают, что для них дать возможность посетителям фотографировать означает «привлечь намного больше внимания к выставке, так как зрители делятся своим опытом в сети”, – говорит Брук Фрухтман, вице-президент по связям с общественностью LACMA. «У нас был большой успех на выставке о Стэнли Кубрике, потому что люди могли фотографировать что угодно”.

Музей Ван Гога разрешает фотографировать только в холле и нескольких проходных залах, но не в картинных галереях, объясняя это тем, что их коллекция уникальна и они предпочли бы, чтобы она таковой и оставалась.

И если уж вы сделали фотографию, то затегайте нас. А если все же воздержались, то картины, которые вас восхитили, можно найти у нас на сайте в хорошем качестве. И кстати, их 3681.

На протяжении столетий искусство помогало человеку замедлиться, изучить что-то в деталях

То же самое сделали Музей Бруклина и LACMA. А то, чего нет у них, точно есть на Google Cultural Institute.

Пару лет назад в музее Виктории и Альберта проходила выставка, на которой запрещалось не только фотографировать, но и делать зарисовки. Правда, это было на выставке исторического нижнего белья. Может действительно не стоит, чтобы панталоны королевы Виктории гуляли по интернету. Но все равно разразился скандал. Что, в общем, забавно, учитывая, что в музейном магазине были сотни открыток труселей.

Тейт, Лувр, Метрополитен разрешают фотографировать без вспышки. Только парочка бывалых, вроде Уффици и Прадо, все еще держит оборону.

Я совсем не противник технологий, но мне кажется опасным опыт восприятия искусства исключительно через экран смартфона или планшета.

На протяжении столетий искусство помогало человеку замедлиться, остановиться, изучить что-то в деталях. Оно предполагает опыт созерцания. Не смотрения, не наблюдения, а именно созерцания. Это долгий, осознанный процесс, цель которого – выключить зрителя из его реального мира и погрузить в произведение, где через визуальный (преимущественно) опыт можно осмыслить что-то новое или что-то знакомое более глубоко. Вряд ли это можно постичь через экран 7х14 см.

Текст публикуется с разрешения автора

Оригинал

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени

Больше блогов

Мы любим ходить в музеи. Мы любим ходить в музеи в Петербурге и любим ходить в музеи во время путешествий. У нас, кажется, различаются представления о прекрасном, но музеев много, экспозиции в них представлены разные, и всегда можно найти что-то, что будет интересно каждому из нас. А еще мы любим фотографировать. А фотографировать в музеях мы любим особенно, и на это есть несколько причин.

Во-первых, часто музеи располагаются в потрясающей красоты зданиях – дворцах, особняках, – в которых, иногда, интерьеры бывают интересней экспозиции, и грех не потянуться к фотоаппарату. Во-вторых, сама экспозиция, бывает, настолько западает в душу, что хочется сохранить ее «для себя», такой, какой ее видим именно мы. В этот момент кто-то из нас тянется к камере, и тут подбегает милая бабушка, все это время чинно сидевшая на стульчике в уголке, и говорит, что снимать нельзя.

Фото: © Mark Tapley

С таким явлением, как запрет на фотографирование в музеях, сталкивались многие, и многие относятся к этому запрету с пониманием. Но легкое недоумение тоже имеет место. Ведь снимая, я ни у кого ничего не краду, не наношу вред произведению искусства и не собираюсь впоследствии продавать футболки и магниты с произведениями Родена или Пикассо. Почему же тогда я не могу оставить в своей домашней коллекции воспоминания о походе в тот или иной музей? Ответ на этот вопрос очень прост: могу. А смотритель, как представитель музея, не может запретить мне фотографировать, по крайней мере на территории Российской Федерации.

В нашей стране основным источником права является Конституция, в которой есть 4й пункт 29 статьи, который дает право получать и производить информацию любым законным способом, к которому относится и фотосъемка. Все федеральные законы, подзаконные акты и внутренние правила организаций должны соответствовать этому пункту. Далее можно обратиться к 7 статье закона об информации, где сказано, что общедоступная информация, к которой, безусловно, относятся предметы искусства, экспонируемые в музеях, может использоваться любыми лицами по их усмотрению, при соблюдении ограничений на распространение такой информации. В переводе на человеческий язык это значит, что для личного использования можно фотографировать практически всё.

Но раз мы в музее, то надо посмотреть и закон о музейных фондах. В нем есть статья 36, которая закрепляет за музеями право первой публикации предметов и коллекций, закрепленных за музеем, а также ограничивает коммерческое использование воспроизведенных музейных предметов и коллекций. Попросту говоря, снимать экспонаты в запасниках нельзя, но как только их включают в экспозицию и выставляют на всеобщее обозрение (статья 3 того же закона) происходит, так называемая, первая публикация, после которой у всех есть возможность воспроизводить (фотографировать, перерисовывать) эти предметы. Таким образом, в соответствии с этими законами фотографировать в музеях можно, а запрещать – нельзя.

Но что же делать, если при входе в музей посетителю предлагают заплатить дополнительные 100-200-400 рублей за возможность фотографировать? В этом случае есть безотказный способ: посетитель может напомнить работнику музея о статье 16 закона о защите прав потребителей, в которой говорится о «навязанной услуге». Вводя плату за фотосъемку, музей фактически сначала незаконно ограничивает посетителя в правах, а затем предлагает вернуть ему эти права за определенную плату.

Исходя из вышеперечисленных нормативных актов, можно заключить, что фотографировать нельзя, если:

  • Съемка нарушает общественный порядок (необходимо наличие «пострадавшего» – человека, который пожалуется на фотографа)
  • Предмет находится в запасниках и еще не выставлялся
  • Предмет находится в неудовлетворительном состоянии и съемка со вспышкой может ему навредить (хотя подобный вред может нанести разве что магниевая вспышка, которой в этом веке немногие пользуются)
  • Выставляемые предметы являются частью специально составленной экспозиции, права на которую принадлежат составителю экспозиции, и он вправе ограничить фотосъемку (Гражданский Кодекс, ст. 1260, ч. 3)

В остальных случаях посетитель может фотографировать столько, сколько пожелает. А для отстаивания своих прав ему достаточно выучить несколько дежурных фраз: «это для личного использования», «картина не является основным объектом съемки» (в случае съемки своего спутника рядом с предметом), «камера непрофессиональная, воспроизводить (смотреть, показывать друзьям) буду дома, а обратного доказать вы не можете» (был приказ ФСО №336, который разъяснял, что такое профессиональная техника, но он отменен, а в статье 1273 ГК РФ сказано, что «съемки профессиональным оборудованием не предназначены для воспроизведения в домашних условиях»).

Если же посетителю и после этого продолжат запрещать, то он вправе попросить письменный запрет с печатью и подписью, который затем может быть отправлен в прокуратуру.

Многие российские музеи недооценивают маркетинговый потенциал, которым обладают посетители. Например, Victoria and Albert Museum (Музей Виктории и Альберта, Лондон) завел на flickr специальную страницу, на которую посетители могут выкладывать фотографии из музея. Кураторы говорят, что хотели бы видеть свой музей глазами посетителей. В комментариях к фотографиям пишут, что желание посетить музей и увидеть все своими глазами только возрастает.

Если все же в музее строго запрещено снимать, а очень хочется, то есть специальный сайт, на котором пользователи размещают фотографии из мест, в которых категорически нельзя снимать – www.strictlynophotography.com.

В эпоху мобильных технологий глупо отказываться от очевидных, не требующих затрат способов продвижения «культуры в массы». Тем более, если речь идет о прямом нарушении закона, предоставляющего всем посетителям право на фотосъемку. Но подобная риторика относится к рыночному восприятию музея, как организации. В России же принято отождествлять объекты культуры с чем-то духовным, возвышенным, и использование рыночных технологий, видимо, сильно бьет по духовным скрепам некоторых музейных работников. Благо поводов для оптимизма предостаточно — российские музеи становятся все более открытыми, многие идут на встречу посетителям, большинство готовы к конструктивному диалогу. Например, Палеонтологический музей им. Ю.А.Орлова и Московский Музей Анимации, в информации для посетителей приветливо отмечают, что некоммерческая фотосъемка у них абсолютно бесплатна. Не скажем, что таких музеев большинство, но именно такие музейные правила начинают входить в моду. Видимо, и с нелепыми запретами скоро будет покончено.

Об авторе

Маша Малах
Галахическая украинка. По профессии учу английскому, по роду деятельности учу людей быть лучше, по призванию рисую рисунки и танцую танцы.

Женя Левитин
Дипломированный библиотекарь, борюсь со злом и снимаю кино. Коренной Петербуржец в восьмом поколении.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *