Правовой механизм защиты конституционного права человека

РОЛЬ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВОСУДИЯ В ОБЕСПЕЧЕНИИ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Атагимова Э.И.*

Ключевые слова: конституционный контроль, информационно-организационный механизм, права человека, Конституция РФ, Конституционный Суд, компетенция Конституционного Суда, конституционное право на защиту, правовая позиция, судебная защита, конституционное правосудие.

Аннотация.

Цель: совершенствование научно-методической базы правового обеспечения прав и свобод граждан в Российской Федерации.

Метод: системно-правовой анализ информационно-организационного механизма обеспечения прав и свобод человека в Российской Федерации посредством конституционного правосудия.

Результаты: определено место, занимаемое Конституционным Судом Российской Федерации в судебной системе страны, его взаимодействие с другими судебными органами, его самостоятельность и независимость. Обоснованы объективность и важность провозглашенной Конституцией Российской Федерации гарантии государственной, в том числе судебной, защиты прав и свобод человека. Раскрыт юридический механизм судебной защиты прав человека в форме конституционного судопроизводства, а также юридическая сила принимаемых им по итогам такой судебной защиты решений. Показано, что конституционно-правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации направлены на конституционный контроль и регулирование общественных отношений в Российской Федерации, обоснование и углубление конституционных принципов. Резюмируется, что конституционное правосудие на современном этапе развития информационного общества обеспечивает наиболее полную и эффективную защиту прав и свобод человека и гражданина.

Р01: 10.21681/1994-1404-2017-4-55-61

Конституция Российской Федерации, будучи Основным законом государства, представляет собой центральный институт государства и является выражением принципов верховенства права и правового государства. В нем определены основные ценности государства и закреплены порядок их защиты.

Магистральным направлением развития конституционного законодательства Российской Федерации является совершенствование информационно-организационного механизма обеспечения защиты прав и законных интересов человека и гражданина. Расширение сферы конституционного регулирования способствовало максимально полному и последовательному закреплению, в рамках Основного закона, целого комплекса прав и свобод человека и гражданина, отвечаю-

щего всем существующим мировым стандартам в этой области . Права и свободы человека и гражданина признаны высшей ценностью, следовательно, подлежат особой защите со стороны государства. Часть первая ст. 19 Основного закона гласит, что все равны перед законом и судом. Статья 21 (часть 1) поясняет, что признание достоинства личности как основы всех прав и свобод человека необходимое условие их существования и соблюдения; достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления. В соответствии со статьями 45 (часть 1) и 46 (часть 1) Основного закона в Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод. Право на судебную защиту, в числе других основных прав и свобод, является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнан-

‘ Атагимова Эльмира Исамудиновна, кандидат юридических наук, Аппарат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, Российская Федерация, г. Москва. E-mail: atagimova75@mail.ru

ным принципам и нормам международного права и в соответствии со ст. 17 (часть 1) и 18 Конституции Российской Федерации.

Ценность права на судебную защиту как важнейшей конституционной гарантии всех других прав и свобод обусловлена особым местом судебной власти в системе разделения властей и ее прерогативами по осуществлению правосудия, вытекающими из статей 10, 11 (часть 1), 18, 118 (часть 2), 120 (часть 1), 125, 126 и 128 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Принцип беспрепятственного доступа к правосудию, который вытекает из приведенных конституционных положений, признается в качестве фундаментального принципа всем международным сообществом: согласно Международному пакту о гражданских и политических правах (пункт 1 статьи 14) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 1 статьи 6) каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым, беспристрастным и компетентным судом, созданным на основании закона, при соблюдении принципа равенства всех перед судом1.

Таким образом, основными ценностями в правовом отношении в Российской Федерации, как правильно отметил О.Ю. Рыбаков, представляются права и свободы человека и гражданина, их надежная защита . Соответственно, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, Российская Федерация как правовое государство обязана обеспечивать эффективную защиту прав и свобод человека и гражданина посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости, на основе законодательно закрепленных критериев, которые в нормативной форме (в виде общих правил) предопределяют, в каком суде и в какой процедуре подлежит рассмотрению конкретное дело, что позволяет суду (судье), сторонам, другим участникам процесса, а также иным заинтересованным лицам избежать правовой неопределен-

1 Постановление Конституционного Суда РФ от 18.11.2014 N 30-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 18 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», пункта 2 части 3 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 10 Федерального закона «О некоммерческих организациях» в связи с жалобой открытого акционерного общества «Сбербанк России». (http://www.consultant.ru/document/ дата обращения 25.11.2017.)

ности в данном вопросе2. Одним из проявлений качеств права на судебную защиту как абсолютного является возможность обращения человека за защитой своих прав и свобод не только в суды общей юрисдикции, арбитражные суды, но и в органы конституционного правосудия, к которым относятся Конституционный Суд России, а также конституционные (уставные) суды субъектов РФ .

Являясь важнейшей ветвью судебной власти Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии с положениями части 4 статьи 125 Конституции РФ вместе с другими судами непосредственно участвуют в защите прав человека. Статья первая Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» определяет Конституционный Суд РФ как судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства. Конституционный Суд РФ

2 Постановление Конституционного Суда РФ от 16.03.1998 № 9-П «По делу о проверке конституционности статьи 44 Уголовно — процессуального кодекса РСФСР и статьи 123 Гражданского процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан», Постановление Конституционного Суда РФ от 20.02.2006 № 1-П

«По делу о проверке конституционности положения статьи 336 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан К.А. Инешина, Н.С. Никонова и открытого акционерного общества «Нижнекам-скнефтехим», Постановление Конституционного Суда РФ от 17.01.2008 № 1-П «По делу о проверке конституционности положений статей 9 и 10 Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и статей 181, 188, 195, 273, 290, 293 и 299 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами закрытого акционерного общества «СЕБ Русский Лизинг», общества с ограниченной ответственностью «Нефте-Стандарт» и общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Нефте-Стандарт», Постановление Конституционного Суда РФ от 25.03.2008 № 6-П «По делу о проверке конституционности части 3 статьи 21 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами закрытого акционерного общества «Товарищество застройщиков», открытого акционерного общества «Нижнекамскнефтехим» и открытого акционерного общества «ТНК-ВР Холдинг», Постановление Конституционного Суда РФ от 26.05.2011 № 10-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», статьи 28 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации» и др. (http://www.consultant.ru/ document/ дата обращения 27.11.2017.)

при всей своей специфике является прежде всего именно судом, органом судебной власти, который стоит на страже конституционности нормативных актов и договоров, осуществляя конституционный контроль, гарантирует конституционный характер разрешения споров о компетенции между органами государственной власти, непосредственно придерживается принципов и норм Основного закона и выявляет, при необходимости, их конституционно-правовой смысл.

В соответствии с положениями Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основное направление работы Высшего Суда связано с рассмотрением жалоб на нарушение конституционных прав и свобод граждан законом, примененных в их конкретном деле, рассмотренном судом общей юрисдикции или арбитражным судом. Вплоть до настоящего момента продолжают оспариваться нормы арбитражного, гражданского и уголовного процессуальных кодексов, что, как справедливо подчеркнул полномочный представитель Президента Российской Федерации М.В. Кротов, это объясняется незавершившимися процессами реформирования общества и государства. «Обновленное законодательство в силу объективных и субъективных причин нередко оказывается несовершенным: содержит в себе пробелы, противоречия, порождает неопределенность в толковании содержания норм» . Разумеется, у каждой проблемы есть свое разумное объяснение. Соответственно и пробелы в законодательстве обусловлены различными факторами.

Неоспоримым фактом является то, что в процессе подготовки, принятия и реализации законов немало трудностей. Итерационный процесс развития национального законодательства, который должен способствовать высокому качеству законов, в последние годы привел «к значительному увеличению массива нормативных правовых актов» . По мнению специалистов, эффективность законодательного процесса в данном контексте выражается «в повышения качества регулирования общественных отношений, усилении положительного правового воздействия на эти отношения, минимизации конфликтности, противоречивости на основе и с помощью правовых средств» , с чем сложно не согласиться. Здесь, на наш взгляд, заслуживают внимание доводы, приведенные П.В. Крашенинниковым в своей книге «Закон и законотворческий процесс», где автор обращает внимание на то, что законодательство есть многофакторный процесс, под-

верженный многочисленным влияниям. Поэтому результат в виде идеального законодательства в принципе недостижим хотя бы потому, что жизнь не стоит на месте и постоянно вносит коррективы во все факторы, влияющие на законодательный процесс .

Схожее суждение приводит и Председатель Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькин, который считает, что одним из факторов обусловливающих пробелы в законодательстве является «отставание относительно консервативных по своей природе законов от постоянно развивающихся, динамичных общественных отношений, и противоречивость в развитии самих этих отношений» . Но в тоже время бесспорным является и тот факт, что закон должен одновременно отвечать двум сложно сочетаемым требованиям — быть стабильным и в то же время отвечать изменившимся условиям, диктующим потребность законодательных новаций .

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ в своих решениях, неопределенность содержания правовых норм влечет неоднозначное их понимание и, следовательно, неоднозначное применение, создает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения и ведет к произволу, а значит — к нарушению указанных конституционных принципов, реализация которых не может быть обеспечена без единообразного понимания и толкования правовой нормы всеми правоприменителями3. Правотворческие и правоприменительные ошибки, надо полагать, причиняют определенный вред не только тому или иному гражданину, но и обществу в целом, поскольку в таких ситуациях правотворческий и правоприменительные процессы дают сбои. И решения Конституционного Суда РФ свидетельствуют об определенных пробелах и противоречиях допущенных в законотворческой и/или правоприменительной деятельности, что в свою очередь предполагает их исправление. Несомненно, задача развития идеального законодательства является сложно достижимой, но к этому необходимо последовательно и настойчиво стремиться, тогда обоснованные и справедливые законодательные решения существенно сузят количество обращений в Конституционный Суд РФ.

3 Примечание: данная позиция отмечалась в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 1995 года № 3-П, от 15 июля 1999 года № 11-П и от 11 ноября 2003 года № 16-П. (http://www.consultant.ru/document , дата обращения — 23.11.2017.)

Как уже было сказано, в соответствии с Конституцией РФ человеку, по мнению которого, нарушены его конституционные права и свободы, предоставлено право обратиться в Конституционный Суд РФ с жалобой. Высшему Суду Российской Федерации, в свою очередь, предоставлено право проверять по этим жалобам конституционность закона, примененного в конкретном деле. Ежегодно в Конституционный Суд РФ поступает 14-19 тыс. жалоб граждан, что свидетельствует о доверии людей к Конституционному Суду РФ .

В связи с этим, на наш взгляд, заслуживает внимание суждение В. Д. Зорькина, что содержание обращений в Конституционный Суд РФ убеждает в стремлении граждан России к правовому равенству и справедливости: равенству в праве на жизнь и жилище, равенству перед законом и судом, равенству в доступе для себя и своих детей к образованию, охране здоровья, культурным ценностям . Следует заметить, что в соответствии с положениями ст. 3 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» Высший Суд решает исключительно вопросы права и не является кассационной, апелляционной или надзорной инстанцией по отношению к другим судам. Руководствуясь положениями этой же статьи при осуществлении конституционного судопроизводства Суд воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов.

Положения статей 96-100 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» определяют, что жалобы на нарушение законом конституционных прав и свобод могут быть индивидуальными и коллективными; субъектами обращения могут быть не только граждане, чьи конституционные права и свободы нарушены законом, но и объединения граждан, а также иные органы и лица, указанные в федеральном законе.

Статья 97 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» определяет два условия допустимости жалобы: закон должен затрагивать именно конституционные права и свободы человека; закон применен в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде, при этом жалоба должна быть подана в срок не позднее одного года после рассмотрения дела в суде.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В результате рассмотрения жалоб на нарушение законом конституционных прав и свобод человека Конституционный Суд РФ принимает одно из следующих постановлений (ст. 87 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»):

1) о признании нормативного акта или договора либо отдельных их положений соответствующими Конституции РФ;

2) о признании нормативного акта или договора либо отдельных их положений соответствующими Конституции РФ в данном Конституционным Судом истолковании;

3) о признании нормативного акта или договора либо отдельных их положений не соответствующими Конституции РФ.

И здесь, на наш взгляд, важно рассмотреть дефиницию понятия «правовая позиция Конституционного Суда РФ». В юридической науке большинство авторов определяют правовую позицию Конституционного Суда РФ как толкование конституционных норм применительно к конкретному вопросу отраслевого регулирования. Судья Конституционного Суда РФ Н.С. Бондарь характеризует правовую позицию Конституционного Суда РФ как результат истолкования конкретных положений законодательства, итог выявления конституционного смысла рассматриваемых положений . Правовые позиции, по его мнению, определяют внутренний смысл решений Суда, составляют юридическую квинтэссенцию принятого судебного решения . М. С. Саликов определяет, что «правовые позиции Конституционного Суда представляют собой систему выводов и аргументов, приведенных в ходе рассмотрения Судом конкретных дел по сугубо определенным проблемам и имеющих общий характер, т.е. приемлемых и необходимых при рассмотрении аналогичных проблем и, следовательно, обладающих той же юридической силой, что и решения Конституционного Суда» .

Согласно суждениям Л.Ю. Свистуновой и А.Э. Святогоровой, правовую позицию Конституционного Суда РФ можно определить как право-положение, содержащее разъяснение им норм Конституции РФ применительно к положениям нормативных правовых актов высших органов государственной власти, которые (акты) выступали предметом рассмотрения в Конституционном Суде РФ. Правовые позиции Конституционного Суда РФ (в отличие от правовых позиций иных судебных органов) формулируются на основании норм Конституции РФ, они разъясняют смысл и содержание норм Конституции, использованных судом при проверке конституционности норм отраслевого законодательства .

В Определении Конституционного Суда РФ от 7 октября 1997 г. № 88-О указывается на то, что правовые позиции, содержащие толкование

конституционных норм либо выявляющие конституционный смысл закона, на которых основаны выводы Конституционного Суда Российской Федерации в резолютивной части его решений, обязательны для всех государственных органов и должностных лиц4.

В случае признания Конституционным Судом РФ оспариваемых законоположений, примененных в конкретном деле, не соответствующим Конституции РФ, данное дело, подлежит пересмотру компетентными органами. Таким образом, пересмотр дела на основании постановления Конституционного Суда РФ является абсолютной мерой конституционной защиты права человека.

Приведем пример рассмотренного в Конституционном Суде РФ дела, заслуживающего, на наш взгляд, внимания.

14 февраля 2017 г. Конституционный Суд РФ рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Ари-нушенко, Г.С. Бересневой и других5.

Поводом к рассмотрению дела послужили жалобы граждан Аринушенко Андрея Сергеевича, Бересневой Галины Семеновны, Реутова Валерия Александровича и Середы Олега Николаевича. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителями законоположения.

История вопроса. Жители Краснодарского края А. Аринушенко, Г. Береснева, В. Реутов и О. Середа являются автовладельцами. Все они попали в ДТП, получили со страховых компаний выплаты на ремонт автомобилей с учетом износа деталей и пытались в судебном порядке дополнительно взыскать с виновников аварий суммы, составляющие разницу между ущербом, рассчитанным с учетом износа и без учета износа деталей. Однако в итоге Краснодарский краевой суд, ссылаясь на оспоренные нормы ГК РФ и разъяснения Верховного Суда

4 Определение Конституционного Суда РФ от 7 октября 1997 г. № 88-О «О разъяснении постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28 ноября 1996 года по делу о проверке конституционности статьи 418 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросом Каратуз-ского районного суда Красноярского края».

5 Постановление Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Г.С. Бересневой и других» .

РФ (ВС РФ), оставил их требования без удовлетворения. Согласно разъяснениям ВС РФ, данным в Обзоре судебной практики в 2015 г., потерпевший может требовать от причинителя вреда сумму ущерба, рассчитанную по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт, т. е. с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов.

Позиция заявителя. Заявители обращают внимание на неопределенность оспоренных норм, вследствие чего они не могут взыскать с при-чинителя вреда сумму возмещения убытков без учета износа деталей, и, таким образом, восстановить свои нарушенные права в полном объеме. Поэтому заявители просят признать оспоренные нормы не соответствующими Конституции РФ, ее статьям 15 (часть 1,2), 19 (часть 1), 35 (часть 1,2) и 55 (часть 2).

Позиция Конституционного Суда РФ. Постановление Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Ари-нушенко, Г.С. Бересневой и других» взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК Российской Федерации признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» они предполагают — исходя из принципа полного возмещения вреда — возможность возмещения потерпевшему лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, вреда, причиненного при эксплуатации транспортного средства, в размере, который превышает страховое возмещение, выплаченное потерпевшему в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности.

Конституционный Суд РФ отметил, что закон об обязательном страховании гражданской ответственности (ОСАГО) владельцев транспортных средств является специальным нормативным правовым актом и регулирует исключительно эту сферу правоотношений.

Являясь дополнительной мерой защиты прав потерпевшего, этот закон не исключает распро-

странение действия общих норм Гражданского кодекса РФ об обязательствах из причинения вреда на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред. Следовательно, при недостаточности страховой выплаты на покрытие ущерба потерпевший вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет виновного лица путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае — вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств — ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 судам даны были разъяснения включать в состав реального ущерба расходы на восстановление автомобиля, если для этого понадобились новые материалы. Однако впоследствии судебная практика пошла по другому пути, и размер выплаты ущерба страховщиком или причинителем вреда стал определяться только в соответствии с Единой методикой. В результате оспоренные нормы стали рассматриваться как не предполагающие возмещение вреда в полном объеме с непосредственного причинителя вреда.

Такое понимание оспоренных норм не учитывает различное предназначение мер защиты прав потерпевшего. Это приводит к несоразмерному ограничению его права на возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности, нарушению конституционных гарантий права собственности и права на судебную защиту.

Таким образом, закон об ОСАГО и основанная на нем Единая методика не препятствуют включению в рамках гражданско-правового спора по ГК РФ полной стоимости ремонта и запчастей в состав подлежащих возмещению убытков потерпевшего от ДТП. Суды при этом могут уменьшать суммы ущерба, если в процессе ремонта использовались новые детали, узлы и агрегаты, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной замене, а также, если виновник ДТП изыщет более разумный способ исправления повреждений имущества.

Оспоренные нормы, были признаны не противоречащими Конституции РФ с учетом данного истолкования.

Правоприменительные решения по делам заявителей, основанные на положениях ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК Российской Федерации в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в данном Постановлении, подлежат пересмотру в

установленном законом порядке, если для этого нет иных препятствий.

Принимаемые Конституционным судом РФ решения носят окончательный характер, не подлежат пересмотру либо обжалованию и приравниваются по своей юридической силе к положениям самой Конституции Российской Федерации. На это прямо указывается в статье 79 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» — «Решение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно и не подлежит обжалованию. Решение Конституционного Суда Российской Федерации, вынесенное по итогам рассмотрения дела, назначенного к слушанию в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, вступает в силу немедленно после его провозглашения. Решение Конституционного Суда Российской Федерации действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Юридическая сила постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта».

Решения Конституционного Суда, как правильно подчеркивает Н.С. Бондарь, по сути, являются воплощением прямого действия Конституции РФ и могут быть охарактеризованы как особый вид конституционно-судебных нормоустановлений, которые превосходят по юридической силе любые иные правовые акты ниже уровня Конституции РФ, а также:

а) являются своего рода конституционным источником правовой системы;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

б) воплощают в себе единство нормативности и доктринальности, естественно-правовых и позитивистских начал;

в) представляют собой источник (инструмент обеспечения) единообразия практики толкования и применения норм всех отраслей права.

При этом нет ни одной сколько-нибудь значимой сферы юридической деятельности, которая не затрагивалась бы (прямо или косвенно) в решениях Конституционного Суда и где не были бы востребованы акты конституционного правосудия .

Таким образом, исходя из вышеизложенного, можно констатировать, что информационно-организационный механизм защиты прав и свобод человека и гражданина посредством Конституционного правосудия, обеспечивает, на наш взгляд, наиболее полную и эффективную защиту прав и свобод человека и гражданина.

Рецензент: Терентьева Людмила Вячеславовна, кандидат юридических наук, доцент кафедры международного частного права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА) E-mail: terentevamila@mail.ru

Литература

2. Бондарь Н.С. Акты конституционного правосудия как межотраслевой источник практической юриспруденции // Вестник юридического факультета Южного федерального университета. 2014. № 1. С. 8-16.

3. Бондарь Н.С. Конституция, Конституционный Суд и налоговое право // Налоги (газета). 2006. № 3.

4. Бондарь Н.С. Нормативно-доктринальная природа решений Конституционного Суда РФ как источников права // Журнал российского права. 2007. № 4.

5. Габиева С.М., Габиева М.Ю. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам права собственности // Юридический вестник ДГУ 2016. № 1. С. 27-32.

6. Зорькин В.Д. Конституционный Суд России: доктрина и практика : монография / М. : Норма, 2017. 592 с.

7. Крашенинников П.В. Закон и законотворческий процесс. М.: Статут, 2017. 160 с.

8. Кротов М.В. Выступления полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации (2012-2015 годы) (с приложением решений Конституционного Суда Российской Федерации) : сборник. Москва: Проспект, 2016. 896 с.

10. Рыбаков О.Ю. Ценностные измерения Российской правовой политики // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2012. № Б. С. 11-17.

11. Рыбаков О.Ю., Рыбакова О.С. Нормотворческая деятельность субъектов Российской Федерации: проблемы и пути решения // Вестник Кемеровского государственного университета. Серия: Гуманитарные и общественные науки. 2017. № 2. С. 95-99.

13. Свистунова Л.Ю., Святогорова А.Э. Содержательная характеристика правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации // Ленинградский юридический журнал. 2017. № 2. С. 84-90.

‘Вестникэкономики, права и социологии”, №1, 2007 г.

Право

Конституционный механизм государственной защиты

прав человека

Железнов Б.Л.

доктор юридических наук, профессор кафедры конституционного права и прав человека Казанского государственного университета

В современном конституционно-правовом регулировании

прав и свобод человека и гражданина получили отражение глубокие качественные изменения в содержании социально-экономической роли российского государства, которое ныне юридически провозглашает создание условий, обеспечивающих человеку достойную жизнь и свободное развитие. Механизм государственной защиты прав и свобод строится на установленных Конституцией РФ принципах его организации и деятельности, в основе этого механизма лежит конституционное признание и закрепление естественных прав и свобод человека и гражданина, а также взаимной ответственности личности и государства.

К вопросу о том, что такое механизм в праве, следует подходить дифференцированно. Например, если речь идет о механизме государства, едва ли будет уместным рассматривать это понятие с чисто правовой точки зрения, поскольку многими он воспринимается прежде всего как система государственных органов, организаций и учреждений, то есть институционально. Как систему определенных институтов (государство, общественные объединения, формы прямой демократии, местное самоуправление и т.д.) рассматривают отдельные авторы понятие «механизм народовластия». В этих случаях механизм в праве скорее выступает лишь как объект реализации правовых норм.

В то же время понятие «механизм государственной защиты прав и свобод» большинством авторов воспринимается как система, в которой основную роль играют сами нормы права, регулируемые ими отношения, правовые гарантии, которыми руководствуются в своей деятельности правоприменительные институты. С такой точки зрения механизм защиты прав — не просто объект правового регулирования, а именно универсальная организационно-правовая система. (Несомненно, в защите прав человека и гражданина принимает учас-

тие и гражданское общество, однако особенности этого участия и его правовое регулирование требуют отдельного рассмотрения) .

Но даже универсальная система имеет границы. Поэтому едва ли можно согласиться с теми, кто считает, будто в состав данного механизма входят еще и основы конституционного строя, и наиболее важные элементы устройства государства, поскольку они оказывают на него определяющее воздействие. При таком подходе размывается само понятие механизма защиты. На самом же деле этот механизм — организационно-правовой, он носит специальный, целенаправленный характер, его объект составляют только права, свободы и законные интересы человека и гражданина, хотя, конечно, он не может функционировать в вакууме и действует, опираясь на установленные Конституцией основы конституционного строя и устройства государства. Иными словами, сами по себе эти основы не входят в механизм, однако создают предпосылки для его надлежащего функционирования. Вряд ли кто-нибудь станет отрицать то значение, которое имеют для защиты прав человека такие государственные институты, как форма правления, политический режим, национально-

‘Вестникэкономики, права и социологии”, №1, 2007 г.

Право

государственное устройство, избирательная система и т.д., ибо они обеспечивают условия и пределы его деятельности.

Конкретно в механизм государственной защиты прав и свобод человека и гражданина входят:

1. Соответствующие нормы конституционного, административного, уголовного, гражданского, трудового, семейного, экологического и других отраслей права. При этом особое значение имеют, естественно, нормы главы 2 Конституции РФ, а также нормы конституционного (уставного) законодательства субъектов федерации, устанавливающие основные права человека и гражданина. Что касается норм других отраслей права, то, во-первых, они вытекают из норм конституционного права, а во-вторых, сами нормы конституционного права, закрепляющие статус человека и гражданина, как правило, реализуются через нормы других правовых отраслей. Например, определяя конкретные трудовые права граждан, нормы трудового права тем самым способствуют реализации основного права на труд.

2. Регулируемые нормами права общественные отношения в сфере государственной защиты прав и свобод. Эти отношения существуют практически во всех сферах жизни общества. Они складываются между индивидом, общественными объединениями, национальными и прочими социальными структурами -с одной стороны, и государством — с другой.

3. Г арантии прав человека и гражданина. При этом необходимо подчеркнуть их строго функциональную направленность. Между тем в литературе можно встретить и попытки разделить их на политические (демократический режим и его составляющие), социально-экономические (рыночная экономика, равенство форм собственности, свобода труда и т.д.), идеологические (плюрализм, свобода информации) и сугубо юридические (судебная защита, право жалобы и др.). К сожалению, при таком подходе утрачиваются их целенаправленность, функциональные характеристики.

Мы полагаем, что гарантии прав и свобод должны быть конкретно и непосредственно привязаны к предмету, то есть к самим правам и свободам, а не выходить за рамки правовой сферы.

Что же касается общепринятого их деления на общие и специальные (последние еще называют гарантиями правосудия), то к общим гарантиям можно отнести такие, как, например, возможность обжалования неправомерных действий и актов, право на международную защиту, на возмещение причиненного вреда, запрет на издание законов, отменяющих или умаляющих конституционные права и свободы. Г арантии же правосудия (специальные) — это право на судебную защиту, на юридическую помощь, презумпция невиновности, гарантии должной подсудности, недействительность незаконно полученных доказательств, запрет обратной силы закона, устанавливающего либо отягчающего ответственность и т.п.

4. «Материальные» институты, непосредственно обеспечивающие реализацию правовых норм и гарантий в конкретных правоотношениях, а именно:

а) судебный механизм, включающий функции, систему и деятельность судов общей, арбитражной и конституционной юрисдикции;

б) механизм прокурорского надзора (система органов прокуратуры и их деятельность);

в) механизм Парламентского уполномоченного по правам человека (функции, организационные структуры, деятельность);

г) механизм защиты прав человека и гражданина, заложенный в природу и компетенцию органов государственной власти, государственного управления, конституционного надзора (в некоторых субъектах РФ) и местного самоуправления.

Но здесь уместно еще раз отметить, что сами эти нормы, правоотношения, гарантии и институты прямо обусловлены конституционным строем, политическим режимом и прочими институтами устройства государства, а, следовательно, полностью зависят от того, в какой мере государство способно их установить и реализовать. Ведь определенные права граждан, их гарантии и т. д. закреплялись и в советском конституционном законодательстве, причем, они как бы приумножались с каждой последующей конституцией. Например, признавались такие гарантии и институты, как право жалобы, контроль представительных и административных органов, прокурорский надзор, в какой-то мере — право на судебную

‘Вестникэкономики, права и социологии”, №1, 2007 г.

Право

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

защиту и т.д. На деле же все эти установления носили во многом ограниченный и формальный характер, а то и вовсе были иллюзорны.

Так, право на судебную защиту от государственного произвола, признаваемое во всем демократическом мире важнейшей гарантией прав человека и гражданина, в СССР долгое время ограничивалось узким перечнем вопросов, по которым суд мог принимать к своему производству заявления граждан, и даже в конце 80-х гг. еще существовали ограничения, не позволявшие, например, обжаловать в судебном порядке коллегиально принятые индивидуальные акты органов управления. Не случайно, поэтому граждане чаще всего отказывались от использования государственных институтов, призванных защищать их права, и обращались в партийные органы, либо в партийную печать и другие средства массовой информации (а все они контролировались партией), справедливо полагая, что только правящая партия обладала реальными возможностями решать возникающие у людей проблемы. Правда, тут уж все зависело от личного усмотрения того или иного партийного функционера и от «телефонного права»: ответственный партийный чиновник при желании мог снять телефонную трубку и приказать конкретному государственному служащему разобраться в деле по существу. А мог и отказать в помощи. Подобная унизительная зависимость человека от произвола партийных и советских властей, от их административного усмотрения являлась следствием авторитаризма, пропитавшего всю ткань советской государственности.

Сегодня в Российской Федерации нет правящей авторитарной партии и нет СМИ, чьи выступления могли бы рассматриваться как прямые указания ЦК или обкома КПСС, а существующие общественные объединения и СМИ по большей части способны лишь поднимать вопросы и требовать от властей их решения. В этих условиях еще большее значение приобрели нормы, государственные институты, гарантии и правоотношения в сфере государственной защиты прав и свобод, причем, их состав существенно дополнен. К сожалению, на практике они все еще недостаточно эффективны — что отмечалось в Докладе Уполномочен-

ного по правам человека в Российской Федерации за 2006 год .

Механизм государственной защиты прав и свобод человека и гражданина строится на определенных принципах, которые, в свою очередь, установлены нормами Конституции. Мы полагаем, что принципы также нельзя рассматривать как составную часть, обособленное звено в механизме защиты прав, хотя отдельные авторы (например, Снежко О.А.) и включают их в его состав . Основными из них представляются: принцип единства прав и обязанностей, поскольку он определяет, что любому субъективному праву сопутствует (точнее кор -респондирует) обязанность остальных субъектов правоотношений соблюдать это право: принцип равенства прав и свобод, устанавливающий равенство возможностей перед законом.

В литературе указывается и на другие принципы материального и процессуального права, в частности: гуманизм, справедливость, принцип правовой безопасности человека, выражающийся в предсказуемости и ясности принимаемых законов; возможность ограничения прав и свобод только в форме закона и только в той мере, в которой это необходимо для защиты конституционного строя, нравственности, здоровья, законных прав и интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства; принцип соразмерности и запрета чрезмерных ограничений конституционных прав и свобод; принцип, согласно которому любые нормативные правовые акты, затрагивающие основные права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения. Особое значение имеет положение ст.18 Конституции РФ о том, что права и свободы являются непосредственно действующими, они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления.

Вместе с тем, нужно хорошо представлять, что, позитивируя естественные права человека, Конституция придает им юридический, то есть общеобязательный характер. Закрепление этих прав, их преобразование в конституционные права и свободы — это фундамент, на котором строится весь конституционный ме-

‘Вестникэкономики, права и социологии”, №1, 2007 г.

Право

ханизм защиты прав человека и гражданина «… само по себе закрепление того или иного права есть своеобразная его гарантия». Но осознание этого факта пришло к творцам кон -ституций не сразу — достаточно вспомнить, что американцам пришлось вслед за Конституцией принять Биллъ о правах именно потому, что важнейшие нормы гуманитарного права не были включены в первоначальный текст их основного закона.

Впрочем, полезно обратиться и к истории нашего собственного конституционного законодательства. Отталкиваясь от известного ленинского положения о том, что социалистическая демократия намного превосходит «урезанную и фальшивую» буржуазную демократию, авторы первых конституций РСФСР и других советских республик отвергали понятие «естественные права человека». Нормы, закреплявшие основные права и свободы, были скудны и больше походили на идеологизированные декларации, не подкрепленные реальными гарантиями. Но даже и эти урезанные права даровались не всем, а действовали избирательно, с учетом происхождения, социального положения, прошлой деятельности и лояльности человека по отношению к государственным властям.

Говоря об ограничении свобод в отдельных странах, известный американский правовед Лоуренс Фридмэн отмечал: «История полна примеров (в голову приходят Гитлер и Сталин) того, до чего может опуститься дикое преступное правительство» . Правда, начиная с Конституции СССР 1936 г., отечественные основные законы уделяли правам граждан несколько больше внимания, причем, в Конституциях 1936-1937 и 1977-1978 гг. мы уже встречаем немало прав и гарантий, которых ранее у нас не было, тем не менее, многими основными правами и их гарантиями, наличествовавшими в демократических зарубежных конституциях, мы все еще были обделены — достаточно вспомнить, насколько было усечено, например, право советских граждан обращаться в суды с жалобами на акты государственных органов и их должностных лиц.

Обращаясь же к действующим Конституции РФ, конституциям других республик — членов СНГ, равно как и республик — субъектов Рос-

сийской Федерации, при всех их недостатках следует признать, что диапазон прав и свобод личности, а также их гарантии, закрепляемых этими конституциями, значительно шире, чем он был в законодательстве советского периода. Это всецело относится и к Конституции РФ 1993 г., которая, кстати, положительно отличается в этом смысле и от ряда конституций субъектов Российской Федерации, принятых в первой редакции.

Так, Конституция Республики Татарстан, в отличие от Конституции Российской Федерации допускала принудительный труд (по решению суда, а также в случаях, установленных международными договорами РТ), и не включала специальную норму, устанавливавшую защиту от безработицы. При этом Конституция РТ не содержит норму, признающую, что закрепленные в ней права и свободы не являются исчерпывающими, но данное обстоятельство не столько уж существенно, поскольку граждане РТ обладают гражданством Российской Федерации и могут пользоваться всеми правами, предусмотренными законодательством РФ . Конституция Адыгеи вообще не запрещала принудительный труд. В Конституции той же Адыгеи и Дагестана отсутствовало положение о запрете пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства.

Конституция Кабардино-Балкарской Республики увеличивала срок задержания граждан до судебного решения с 48 часов (ст.22 Конституции РФ) до 5 суток. В Конституции Башкортостана ряд основных прав человека и гражданина был адресован только гражданам этой республики.

Перечень подобных несоответствий можно было бы продолжить, однако в целом нельзя не признать, что система закрепленных в действующих конституциях РФ и ее субъектов прав человека и гражданина, их гарантий в основном опирается на опыт зарубежных демократических стран, не говоря уже о том, что впервые в нашей новейшей истории ощущается реальное влияние норм международного права на положение личности в странах СНГ.

Немаловажно и то, что действующая Конституция РФ включила положение, согласно которому «Перечисление в Конституции РФ

‘Вестникэкономики, права и социологии”, №1, 2007 г.

Право

основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина» (ч.1 ст.55). Иными словами, даже те основные права и свободы, которые по тем или иным причинам не упомянуты в этой Конституции, но признаются мировым сообществом, могут признаваться и защищаться в нашей стране. Сегодня Россия входит в единое гуманитарное пространство, в котором права человека признаются «высшим достоянием, требующим особой охраны и защиты в силу своей всеобщности, абсолютности и универсальности» .

Наконец, реальность механизма государственной защиты прав и свобод во многом обусловлена тем обстоятельством, что современные демократические конституции уходят от одностороннего понимания отношений между личностью и государством как отношений власти и подчинения. Так, закрепляя институт гражданства, конституции понимают его как устойчивую правовую связь между личностью и государством, в силу которой на физическое лицо распространяется юрисдикция государства, при этом лишь в строго установленных законом случаях по отношению к физическому лицу может быть применено государственное принуждение. Вместе с тем государство несет установленные законом обязанности перед этим лицом, презюмируя равенство обоих участников правоотношения, то есть государства и физического лица.

Итак, механизм государственной защиты прав и свобод:

1) строится на установленных Конституцией принципах его организации и деятельности;

2) в основе этого механизма находится конституционное признание и закрепление естественных прав и свобод человека и гражданина, а также взаимной ответственности личности и государства;

3) условия и пределы действия этого механизма, его сущность и эффективность в решающей мере обусловлены закрепленными в Конституции основами конституционного строя, формой государства, иными государственными институтами, которые обеспечивают экономические, политические, идеологические и организационно-правовые предпосылки для защиты прав и свобод человека и гражданина.

Остаётся лишь пожелать, чтобы все эти предпосылки получили, наконец, реальное воплощение в нашей российской действительности.

Литература:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1. Доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 2006 г.

3. Конституционные принципы защиты прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. // Вестник Саратовской государственной Академии права, 1998, 3. — С.44/

4. Михайлов В.В. Права и свободы человека и гражданина в конституциях и уставах субъектов Российской Федерации.// Журнал российского права, 1997, №5.

5. Российская газета, 2007, 13 апреля.

6. Фридмэн Л. Введение в американское право. — М., 1993 — С.160.

Заключение диссертации по теме «Конституционное право; муниципальное право», Иззатов, Теймур Шамсали оглы

Заключение

Таким образом, подводя итог диссертационного исследования, можно сделать следующие выводы.

1. Информация — это объект, объединяющий в себе элементы идеального и материального, имеющий измеряемые определенными единицами физические параметры, стоимость и цену, которым можно владеть, использовать и распоряжаться, обладающий специфическими свойствами дуализма и легкости копирования.

2. Юридически значимые признаки, обуславливающие специфику информации как объекта правового регулирования:

• нематериальный характер («самостоятельность по отношению к носителю»);

• субъективный характер («информация возникает в результате деятельности обладающего сознанием субъекта», т.е. является результатом интеллектуальной деятельности);

• необходимость объективации для включения в правовой оборот;

• количественная определенность;

• возможность многократного использования;

• сохранение передаваемой информации у передающего субъекта; способность к воспроизведению, копированию, сохранению и накапливанию.

3. Собственность и владение — это очень важные понятия для информационной области правового регулирования. Введение в закон этих понятий применительно к информации позволяет распространить правовое регулирование на деятельность и отношения всех видов субъектов в процессе работы с информацией. Главное в этом процессе правильно определить, какой субъект является собственником информации, какой — владельцем, а какой и просто пользователем. Если удастся разобраться с этим вопросом, возможно, отпадут и проблемы о «несовместимости» права на информацию и права собственности.

4. Под информационными отношениями будем понимать процесс целевого перераспределения в обществе сведений о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах независимо от формы их представления.

Единственный базовый признак информационных отношений — их массовость (в соответствии с российским законодательством под массовой понимается информация для неопределенного круга лиц). Так как, если бы механизм циркуляции информации не затрагивал широких слоев общественности, связи политических и экономических элит с остальным обществом, то вряд ли бы информационных отношения вообще приобрели когда-либо общесоциальную значимость, и как следствие, необходимость в правовом урегулировании.

5. Стандартный цикл обращения информации можно представить в виде простейшей формулы: «. — производство — распространение — потребление — .». Подавляющая доля нормативных установлений касается стадии распространения, потому что именно здесь процесс движения массовой информации и проявляется в полной мере. В области создания информационной продукции невозможно предусмотреть каких-либо серьезных мер по правовому ограничению ее производства в любом виде, поскольку это справедливо вызовет обвинения в цензуре. В области же информационного потребления введение каких-либо ограничений к действенным результатам, как показывают многочисленные практические примеры, привести не может.

6. Основными принципами обеспечения права на доступ к информации являются:

• презумпция доступности и открытости информации;

• достоверность и полнота информации;

• своевременность предоставления информации;

• защита права на доступ к информации, в том числе, в судебном порядке;

• установление ограничения права на доступ к информации только федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, обеспечения обороны страны и безопасности государства, авторитет и беспристрастности правосудия; нравственности, здоровья, прав и законных интересов физических и юридических лиц;

• соблюдение при предоставлении информации прав и законных интересов третьих лиц.

7. Говоря о формах реализации права на информацию, каждый в соответствии с Конституцией РФ может свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

Само право искать, получать и свободно распространять информацию Конституцией закреплено, но акт, регулирующий механизм реализации этого права, отсутствует. Этим законом и должен стать ныне проект «О праве на информацию». Обладание информацией — это реальная власть. Следовательно, закрепить механизм свободного получения гражданами любой информации — значит реально передать власть от государства обществу.

8. Свобода мысли слова в нашей стране еще с первых лет Советской власти относится к числу политических прав и свобод. Однако в современных условиях информационной свободы этот подход представляется анахронизмом. Думается, что свободу мысли и слова, а также весь набор правомочий человека в области информации, закрепленный ч. 1-4 ст. 29, давно уже пора отнести к группе личных прав и поместить в тексте Конституции между ст. 23 и 24, объединив их с последней. Что же касается массовой информации, то она не может существовать вне ее носителя, то есть средства массовой информации.

Говоря о средствах массовой информации, необходимо отметить, что режим их деятельности атрибутивно связан с политическим режимом, установленным в государстве. Как известно, норма, устанавливающая демократический режим в России, в отечественной Конституции расположена в главе 1 «Основы конституционного строя». Соответственно в этой главе и должна содержаться норма о свободе средств массовой информации. При этом содержание этой нормы, помимо переноса в главу первую Основного Закона, должно содержать отсылку к Закону.

Взамен ныне действующей формулировки ч. 5 ст. 29 Конституции (или любой другой, регламентирующей свободу мысли и слова) должна быть включена норма о праве граждан в соответствии с законом учреждать средства массовой информации дабы не лишить граждан неотъемлемого их права создавать и регистрировать собственное средство массовой информации.

9. Конституция Российской Федерации в п. 3 ст. 17 и п. 3 ст. 55 к основаниям ограничения основных информационных прав и свобод граждан относит следующее: защита основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства. Кроме того, ст. 56 предусматривает возможность ограничения прав и свобод с указанием пределов и сроков их действия в условиях чрезвычайного положения в соответствии с федеральным конституционным Законом. К прямым ограничениям прав и свобод Конституция относит в (пп. 1и 2 ст. 23, п. 1 ст. 24, пп. 2 и 4. ст. 29) все случаи, предусмотренные Декларацией прав и свобод человека и гражданина.

10. Согласно Федеральному Закону Российской Федерации «Об информации, информатизации и защите информации»143 (п. 2 ст. 10) вся информация с ограниченным доступом по условиям ее правового режима подразделяется:

• информация, отнесенная к государственной тайне (секретная);

• конфиденциальная, включая следующие категории: коммерческая тайна, служебная тайна, профессиональная тайна, персональные данные и т.д.

11. Реклама, как известно, — двигатель прогресса. При этом реклама — это всегда информация, т.е. «сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, процессах независимо от формы их представления»144. Однако реклама, производимая и распространяемая с нарушением положений действующего законодательства, представляет серьезную угрозу не только частным интересам потребителей и публичным интересам государства как гаранта прав граждан, но и подрывает основы

См.: С3 РФ. 1995. №8. Ст. 609.

144 См.: Федеральный Закон «Об информации, информатизации и защите информации». Ч. 1. Ст. 2.//СЗ РФ. 1995. № 8 Ст.609. добросовестной конкуренции на товарных и иных рынках. Роль общих и специальных требований к рекламе (в соответствии с Законом «О рекламе») заключается в том, что при их нарушении реклама признается ненадлежащей со всеми вытекающими отсюда последствиями.

12. В соответствии с действующим законодательством попытки правового регулирования сексуальности в средствах массовой информации предприняты в Федеральных законах «О СМИ», «О рекламе», а также в проектах «О телевизионном вещании и радиовещании» и «О государственной защите нравственного здоровья граждан и усилении контроля за использованием продукции сексуального характера». Однако ни один из этих законов не содержит никаких реальных механизмов соблюдения закона и действенных санкций за его нарушение.

13. Эффективная защита свободы прессы нуждается в соответствующих законах и конкретных нормативных актах, которые были бы доступны общественности и использовались бы теми, кто работает в средствах массовой информации. Без этого будут существовать широкие возможности для манипулирования содержанием через так называемый «охлаждающий эффект», когда редакторы, если они не уверены в последствиях, будут охотнее обращаться к самоцензуре, чем подставлять себя под удар пост издательских санкций. Угроза эта увеличивается, когда правовые нормы завуалированы или не ясны. Эта фундаментальная догма права — защита против арбитражных административных мер, изложена в ст. 3 Закона о СМИ.

14. Представляется, что «информационные средства» по убыванию их общесоциальной значимости, т.е. средства, дающие наиболее мощные потоки информации, потребляемой в обществе, средства, определяющие массовость информации, выглядят следующим образом: телевидение и радио; компьютеры, подключенные к глобальным и локальным информационным сетям; печатная пресса (газеты, журналы, альманахи и т.п.); кино- и видеопродукция, книги, компакт-диски, аудиокассеты и т.п. (т.е. объект, заключающий в себе информационный продукт, во-первых, как правило, связанный с трудоемкими затратами на изготовление и, во-вторых, распространяется посредством емких, передвигаемых материальных носителей); плакаты, стенды, календари и тексты рекламного, пропагандистского, агитационного и иного характера (наружная реклама).

15. Первые шаги в направлении законодательного определения информационной свободы личности уже сделаны. Вместе с тем, нельзя пройти мимо того факта, что многие важные вопросы до сих пор не нашли своего законодательного разрешения. Отсутствуют многие нормативные акты, необходимые для того, чтобы информационные права личности реально действовали, а не формально существовали. Отсутствует четко продуманная система гарантий, что может свести эти права к чистой фикции. Отсутствует, на сегодняшний день, и корпоративные своды норм, регулирующие деятельность профессиональных участников информационного оборота.

16. На сегодняшний день во многих странах мира и в России в том числе приняты законы о правовом режиме «банков данных», в соответствии с которыми каждый человек имеет право ознакомиться с такою рода сведениями. Однако нет детально разработанной нормативной базы, регламентирующей данные взаимоотношения, отсутствует механизм реализации, не закреплены юридические гарантии граждан. В целях обеспечения личной безопасности законодательно целесообразно закрепить правило, согласно которому человек не обязан давать сведения о своей личной жизни, ибо такие обязанности аморальны, таким образом, необходимо обеспечить информационную безопасность человека от несанкционированного использования государством или частными лицами информации о нем.

17. По проблеме защиты информации в телекоммуникационных сетях в первую очередь необходимо решать вопросы охраны прав личности на неприкосновенность частной жизни, с точки зрения охраны информации о ней, поскольку бурное развитие компьютерных и телекоммуникационных технологий дает огромные возможности бесконтрольного доступа к персональной информации и ее распространения. В этой связи необходимо инициировать быстрейшее рассмотрение в Государственной Думе проекта Закона РФ «О персональных данных».

18. Статус журналиста производен от статуса СМИ. Если главное в работе СМИ — доставить аудитории самую свежую, самую точную и самую полную информацию обо всем ее интересующем, то для журналиста как основного функционального звена массово-информационной инфраструктуры общества главное — право знать, понимать и делать свое знание и понимание достоянием других.

19. Основным достижением демократии в области реализации права на слободу слова является Федеральный Закон «О средствах массовой информации». Основная цель этого Закона — обеспечение свободы СМИ от государства и его политической цензуры. Эту задачу закон выполнил, однако его авторы просто не увидели многих социальных проблем, возникших уже в настоящее время, связанных с реализацией принципа свободы СМИ — отсюда и многочисленные пробелы в реализации закона сегодня. В Законе о СМИ существует много положений, обеспечивающих свободу СМИ от государства, но почти нет таких, которые регулируют отношения СМИ и индивида с точки зрения свободы слова и свободы выражения мнений, а также существенных гарантий обеспечения защиты прав и законных интересов личности.

20. Представляется, что установление видов аккредитации (постоянная, временная, специальная и разовая) не противоречит Конституции РФ и Закону о СМИ. Вместе с тем вызывает сомнение введение разовой аккредитации сроком действия на одно мероприятие. Думается, что этот вид аккредитации является избыточным, поскольку нельзя рассматривать наличие аккредитации как предварительное условие признания за журналистом тех прав, которые ему предоставлены законом.

21. Обеспечение максимальной доступности источников информации для журналиста имеет чрезвычайно значимый социальный смысл — это средство для обеспечения информированности населения, что в свою очередь дает возможность реализовать огромный объем прав личности, то есть информационно обеспечить демократический процесс, и все это в условиях равенства всех граждан независимо ни от каких обстоятельств.

22. Состояние нравов современного журналистского корпуса определяется глубочайшим кризисом, который переживает российское общество из-за растянувшегося перехода от тоталитарной политической и плановой экономической системы к демократии и рынку. Этого не добиться без финансовой прозрачности СМИ, без специальных антимонопольных мер, регулирующих их концентрацию и монополизацию, без замены в законе института учредителя издания институтом владельца, без введения обязательного коллективного договора между редакцией и собственником, ограничивающего права собственника вмешиваться в редакционную деятельность. Эти меры лишь первый шаг к цивилизованным отношениям между прессой и обществом в условиях рынка.

23. В России право граждан на доступ к информации, исходящей от государственных органов, имеет достаточно серьезную конституционную опору в виде ст. 29 Основного Закона, закрепляющей право каждого свободно искать и получать информацию, а также ст. 24, в соответствии с которой органы государственной власти обязаны обеспечить каждому гражданину возможность ознакомиться с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы. Для реализации данной статьи Конституции РФ необходимо разработать закон о свободе доступа граждан к информации органов государственной и местной власти с четко сформулированными мерами ответственности за попытки ограничивать доступ к информации.

24. Право осуществления гражданами контроля за деятельностью государственных органов, организаций и предприятий, общественных объединений, должностных лиц и принимаемыми ими решениями, связанными с соблюдением, охраной и защитой прав и законных интересов граждан, закрепляет принцип информационной открытости, который оказывается для самой власти принципом эффективного самоконтроля — через систему обратной связи с обществом.

25. Частная жизнь общественных деятелей должна защищаться также как и частная жизнь других граждан, за исключением случаев, когда она может оказать воздействие на общественно значимые события. По мнению диссертанта, необходимо определить законом конкретный перечень таких случаев, который мог бы исключить споры о предоставлении информации о частной жизни государственного деятеля.

Думается, что Закон «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания РФ»145 и «О выборах Президента Российской Федерации»146, должен бы сузить право на неприкосновенность частной жизни для потенциальных народных избранников, и это не было бы нарушением права на частную жизнь.

26. Государственная политика — явление многообразное, и — несмотря на наличие в государственных структурах множества занимающихся информацией служб — существует потребность в некоем координирующем центре типа министерства информации, вырабатывающем правила информационной деятельности государственных служб, контролирующего их выполнение, консультативно вмешивающегося в работу с информацией институтов гражданского общества.

27. Понятие экологической информации не имеет законодательного определения. Определяя права граждан на доступ к экологической информации, ряд нормативных актов включает «информацию о состоянии окружающей среды», «санитарно-эпидемиологическая информацию» и т.п., не включая информацию о факторах воздействия на окружающую среду, тем самым, ограничивая предоставление интересующей граждан информации. Отсутствует основной цементирующий Закон «Об экологической информации», который отразил бы основополагающие принципы и механизм получения экологической информации.

28. Источники экологической информации в России: законодательные, исполнительные органы власти РФ и аналогичные органы в субъектах федерации;

1″ См.: СЗ РФ. 1999. № 26. Ст. 3178.

См.: СЗ РФ. 2000. № 1 (ч. II). Ст. 11. научно-исследовательские организации — институты, станции и пр.; международные организации, координирующие деятельность по охране окружающей среды; общественные экологические организации; книг и других публикаций по экологии и охране окружающей среды.

29. Развитие информационного законодательства в России, по мнению диссертанта, представляется следующим образом: внесение изменений и дополнений в рассматриваемые федеральные законы, регулирующие вопросы реализации права на информацию, с целью приведения их в соответствие с Конституцией РФ; руководствуясь принципом приоритета международного права над национальным законодательством, необходимо разработать унифицированный перечень оснований для ограничений и случаев прямого ограничения информационных прав и свобод с последующим внесением изменений законодательным порядком в соответствующие нормативно-правовые акты; для реализации прав граждан искать и получать информацию, декларированных Конституцией Российской Федерации, необходимо законодательно установить государственные гарантии доступа всех граждан к определенному набору информационных ресурсов, содержащих информацию, непосредственно затрагивающую их права и свободы; четко определить права и обязанности всех субъектов права, участвующих в обращении правовой информации, а также основания безвозмездного или нет предоставления такой информации. законодательством не установлена ответственность за сокрытие под предлогом тайн сведений, доступ к которым запрещается ограничивать законами Российской Федерации. Тем самым нарушается принцип презумпции открытости информации. Для устранения указанного недостатка законов о тайнах необходимо тщательно проработать и законодательно закрепить процедуры ограничения доступа к документам, исключающие сокрытие открытых для доступа сведений. Особо следует выделить и закрепить в законе перечень ситуаций, когда «право на тайну» право на установление режима ограниченного доступа) может быть, в свою очередь ограничено.

30. Определяя приоритеты разработки и принятия законов, необходимо установить, что работы над законопроектами, находящимися в настоящее время в процессе доработки в Государственной Думе Российской Федерации, несомненно имеют наивысший приоритет, а именно:

О праве на информацию»;

О коммерческой тайне»;

Об информации персонального характера».

31. Бурное развитие Интернета в цивилизованном мире опережает процесс создания и совершенствования нормативно-правовых актов, необходимых для регулирования возникающих проблем. Ни в одной из стран мира нет специального законодательства по Интернету. Возможно, следует рассмотреть вопрос о разработке проекта Закона РФ «О защите информации в информационных сетях». Есть необходимость в принятии закона «Об электронной цифровой подписи». Этот закон призван определить правовой режим использования документов, представленных в электронной форме.

32. В процессе формирования информационной отрасли права необходимо рассмотреть вопрос о перспективе разработки комплексного, многоцелевого и многофункционального законодательного нормативного акта — «Информационного кодекса Российской Федерации».

конституционное право

Иванова И.А.

роль конституционного суда РФ в защите прав человека

Конституционный Суд Рф защищает основные права и свободы человека и гражданина, которые нарушаются органами власти при принятии нормативных актов, противоречащих основному закону страны. Принимая решения по конкретному делу, Конституционный Суд России выступает одновременно в роли правотворца, правоприменителя и субъекта толкования.

Характерным полномочием Конституционного Суда Рф в сфере защиты основных прав и свобод выступает рассмотрение дел о проверке конституционности законов, подлежащих применению или примененных в конкретных делах, по жалобам граждан. Думается, что необходимо закрепить в законодательстве правило, согласно которому физическим и юридическим лицам будет предоставлена возможность оспаривать в Конституционном Суде конституционность не только законов (как актов вышей юридической силы после Конституции), но и актов другого уровня, если они участвуют в первичном правовом регулировании отношений, когда они должны регулироваться законами (Указов Президента, распространяющих свое действие «впредь до принятия федерального закона»).

Компетенция судов общей юрисдикции по обращению с запросами в Конституционный Суд Рф должна получить необходимое согласование с процессуальными нормами гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Для чего в законодательстве нужно предусмотреть механизм, обеспечивающий соблюдение прав человека и гражданина в тех случаях, когда суд общей юрисдикции приостанавливает производство по делу и обращается с запросом в судебный орган конституционного контроля.

Защита конституционных прав и свобод граждан в Конституционном Суде России осуществляется при рассмотрении жалоб граждан и запросов судов, при реализации других его полномочий: рассмотрении дел о проверке конституционности нормативных договоров и нормативных правовых актов по запросам 14

органов государственной власти, разрешении споров о компетенции между ними, толковании основного закона РФ. Любое из этих полномочий характеризуется определенной спецификой и может быть использовано для предотвращения и устранения нарушений в сфере правового положения личности.

Юридическая природа и содержание деятельности Конституционного Суда России характеризуется особым статусом Суда как судебного органа конституционного контроля; характером конституционных нарушений; особенностями средств юридического воздействия, которые применяются Конституционным Судом для восстановления нарушенных прав граждан.

Правонарушения в конституционно-правовой сфере характеризуются особенностями объекта, субъекта, объективной и субъективной сторон. Так, объект конституционного правонарушения — конституционный правопорядок как закрепленное нормами Основного Закона состояние наиболее важных общественных отношений, всесторонне характеризующих деятельность страны, и механизм взаимоотношений личности и государства. Субъектами конституционных нарушений являются высшие государственные органы и субъектов РФ, осуществляющие правовую регламентацию общественных отношений. Объективная сторона правонарушения заключается, прежде всего, в принятии государственными органами законодательства, нарушающего, прежде всего, конституционные права и свободы граждан.

Наиболее распространенными типами конституционных нарушений в сфере правового положения личности являются: конституционные нарушения в сфере гражданства; нарушения конституционных принципов правового статуса лица; нарушения порядка ограничения основных прав и свобод граждан; нарушения прав и свобод граждан вследствие неконституционного толкования законодательства правоприменительными органами; несоблюдение конституционных требований в отношении формы нормативного акта, регулирующего права и свободы человека и гражданина.

По вопросу субъективной стороны конституционных правонарушений, можно сказать, что она не имеет особого значения для принятия Конституционным Судом России окончательного решения по делу о проверке конституционности нормативного правового акта. Мотивы принятия нормативного акта, как правило, подлежат выяснению в ходе судебного разбирательства.

По вопросу специфики средств государственно-властного воздействия, применяемых Конституционным Судом для устранения нарушений основных прав и свобод граждан, они включают возможности применения санкций (аннулирования неконституционных правовых актов) и средства предупреждения конституционных нарушений, к которым, могут относиться: право законодательной инициативы, возможность Конституционного Суда России обращаться с посланиями к Федеральному Собранию.

Правом на обращение с жалобой в судебный орган конституционного контроля обладают граждане, их объединения, а также другие органы и лица, предусмотренные в федеральных законах (ст. 96). К их числу относятся: Генеральный

Прокурор и Уполномоченный по правам человека в Российской федерации. Конституционный Суд в ряде своих решений подтвердил право обращения с жалобами в судебный орган конституционного контроля коммерческих организаций, если данное обращение связано с защитой конституционных прав их учредителей или самих объединений.

Материально-правовым условием допустимости жалобы является то, что физические и юридические лица в Конституционном Суде могут оспаривать только положения законов, затрагивающие конституционные права и свободы граждан. Такими могут быть правила, определяющие сущность конституционного права или закрепляющие механизм его реализации.

Процессуально-правовым условием допустимости жалобы является возможность проверки конституционности лишь норм закона, которые были применены или подлежали применению в определенном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон.

Российское законодательство не закрепляет исчерпывающих средств защиты прав и свобод граждан в качестве условий допустимости жалоб в Конституционный Суд России, что делает конституционное судопроизводство доступным для обращений граждан, но и создает благоприятные условия для огромного количества обращений. Однако в каждом конкретном случае Конституционный Суд, рассматривая соответствующую норму закона, учитывает специфику.

Обращения граждан подлежат обязательной регистрации и предварительно рассматриваются в секретариате Конституционного Суда. При несогласии с решением Секретариата по вопросу несоответствия жалобы требованиям закона гражданин вправе требовать рассмотрения вопроса Конституционным Судом, что дополнительно гарантирует реализацию права на обращение.

Правило ч. 3 ст. 42 Закона «О Конституционном Суде Российской федерации», закрепляющее право Суда обращаться к государственным органам и должностным лицам с запросом о приостановлении действия оспариваемого акта до завершения рассмотрения дела Конституционным Судом, во многих случаях оказывается неэффективной, так как она не предусматривает юридической обязанности для этих органов. Необходимо закрепить, правомочие Конституционного Суда требовать приостановления действия оспариваемых нормативных правовых актов, подлежащее обязательному рассмотрению.

В ходе судебного разбирательства гражданину принадлежат процессуальные права: знакомиться со всеми материалами дела, заявлять ходатайства, задавать вопросы всем участникам процесса, пользоваться услугами адвоката; обратиться с заявлением об исправлении неточностей в судебном решении и с ходатайством его разъяснения.

Закон «О Конституционном Суде Российской федерации» устанавливает, что гражданин-заявитель и представители органов власти, обладают одинаковыми процессуальными возможностями.

Если Конституционный Суд признает тот или иной закон или его норму неконституционной, это влечет за собой утрату юридической силы соответ-

ствующей нормы. Решения судов, основанные на неконституционном акте, не подлежат исполнению. В соответствии с ч. 3 ст. 79 Закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» они должны быть пересмотрены «в установленных Федеральным законом случаях». Данное положение нуждается в конкретизации.

Когда Конституционный Суд признал закон, примененный в конкретном деле, не соответствующим Конституции, данное дело подлежит пересмотру компетентным органом.

Правоприменительная практика показывает, что порядок пересмотра зависит от того, на какой стадии гражданского, уголовного или административного производства находится соответствующее дело. Действующее процессуальное законодательство во многих случаях не учитывает возможность признания закона, примененного или подлежащего применению в определенном деле неконституционным, что затрудняет исполнение решений Конституционного Суда, принятых в связи с жалобами граждан.

Важной задачей в сфере конституционного судопроизводства является разработка конкретного механизма конституционно-правовой ответственности органов государственной власти и должностных лиц, виновных в неисполнении решений Конституционного Суда. Для этого Конституционный Суд должен обладать правом на возбуждение особого исполнительного производства.

Основной закон РФ характеризует значимые направления развития и деятельности современной российской государственности. В связи с чем, необходимо продолжать совершенствовать судебные механизмы обеспечения и защиты прав человека.

ЛИТЕРАТУРА

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4. Ветрила Е.В. Полномочия защитника в уголовном процессе России // Лучшая научная статья 2016 сборник статей III Международного научно-практи-

ческого конкурса. Пенза, 2016. С. 88-91.

5. Дружинина А.В. Становление юридической клиники в вузах России // Юридическое образование и наука. 2011. № 4.

6. Иванова И.А. Адвокатура в системе защиты прав человека // Интернаука.

2015. № 5 (44).

7. Иванова И.А. Становление и развитие Российской адвокатуры в 19171991гг. // МЦНС Наука и просвещение. 2016. № 6.

8. Комкова Г.Н Система защиты прав человека в Российской федерации. Учебник. М.: Издательство «Проспект», 2017.

9. Лебедев В.М. Судебная власть в современной России. Проблемы становления и развития». Книга. СПб.: Издательство «Лань», 2001.

11. Сплавская Н.В., Кулешова Л.В. Мораль как регулятор поведения государственных (муниципальных) служащих // фундаментальные и прикладные науки сегодня: Материалы VII международной научно-практической конференции .

УДК 342.7

ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И

СВОБОД ЛИЧНОСТИ PROBLEMS OF PROVIDING RIGHTS AND FREEDOMS IN RUSSIAN FEDERATION

Медведева О. И.

Южно-Российский институт управления — филиал

Российской академии народного хозяйства и государственной службы

Medvedeva O.I.

South-Russia Institute of Management — branch of Russian Presidential

Academy of

National Economy and Public Administration

Аннотация: В данной статье ставится задача рассмотреть основные проблемы, с которыми сталкивается государство на пути к полноценной реализации прав и свобод, зафиксированных в Конституции нашей страны. Мы постарались выделить, как и проблемы, с которыми сталкивается практически любое государство, но и так же специфические проблемы, присущие нашей многонациональной России.

Ключевые слова: права и свободы, Конституция, государство.

Key words: rights and freedoms, Constitution, government.

Наша страна за весь период истории пережила массу потрясений. Происходило множество переломных моментов и людям, проживающим на территории России, приходилось привыкать жить по-новому. В конце двадцатого века произошел очередной переломный момент: фактически в одночасье люди проснулись в совершенно новой стране — Российской Федерации. Россия встала на порог совершенно новой жизни, стремясь к реальной демократии, правовому государству, соответствию международным стандартам. Естественно, этот переход не мог произойти гладко и без потрясений. В 1993 году Конституция Российской Федерации была принята в тяжелейшей обстановке политического, экономического и социального кризиса. Это был очень важный и серьезный шаг на пути к абсолютно новому государству. Конституция провозгласила очень важные принципы, составившие основу для всего будущего законодательства, деятельности государственных и негосударственных органов и принципов жизни в целом: провозглашение демократического правового федеративного государства, принципа разделения властей, прав и свобод граждан, как высшей ценности государства, частной собственности и равенства всех ее видов, свободную экономическую деятельность и так далее. Бесспорно, с 1993 наша страна очень продвинулась в реализации данных принципов, однако, сказать, что все полностью осуществляется и функционирует в полной мере, мы, к сожалению, не можем. По-нашему мнению, конституционные права и свободы являются очень важными и максимальная их реализация необходима.

Сегодня, к сожалению, нельзя не констатировать тот факт, что эта проблема в нашей стране существует и стоит довольно остро: из средств массовой информации постоянно слышим о нарушении прав граждан, о произволе чиновников и судей.

Прочитав определенное количество литературы, мы постарались выделить основные проблемы реализации конституционных прав и свобод в нашей стране:

1) Мы полагаем, это отсутствие реально работающего, эффективного механизма реализации данных прав на всех уровнях власти. С этой проблемой затрагивается масса иных очень важных проблем, таких как коррупция, зависимость судебной власти от определенных элементов в обществе и многие другие.

2) Неверие граждан в свое государство и законы. Данная проблема перекликается с первой.

После распада СССР появилось новое государство — Россия. Однако огромное количество граждан нашей страны до сих пор (через 20 с лишним лет после принятия Конституции) не свыклись с жизнью в новой стране и не смогли принять ее в полной мере. Люди до сих пор живут не по законам, а «по понятиям», отсутствие веры в свои законы приводит к тому, что люди даже не пытаются отстаивать свои права в установленном законом порядке.

3) Непонимание большинством граждан России правовых (а в частности конституционных) норм и низкая правовая культура.

Действительно, это очень серьезная проблема. Она заключается в отсутствии должного образования, да и в общем заинтересованности и желания у населения в изучении юридической терминологии, истории государства и права, политики и так далее. Многие действительно полезные установления зачастую остаются нереализованными по причине того, что они неадекватно воспринимаются обществом и СМИ.

4) К тому же есть такое удивительное явление, присущее особенно нашей стране как менталитет.

На территории России проживает огромное количество народностей, как западного, так и восточного типа, которым присущи свои

определенные специфические принципы и восприятие мира, в силу их религиозных и национальных убеждений. Осуществлять в многонациональной России преобразования в либерально-демократическом европейском духе довольно-таки сложно. Проводить их нужно с большой аккуратностью, постепенностью и с чувством большой ответственности. Резкое введение в жизнь данных принципов стихийным способом, и без какой- либо подготовки общества может привести к очень нехорошим последствиям.

5) Проблемные формулировки в Конституции, в том числе и в главе 2.

Эта проблема перекликается с проблемой номер 2 в моем списке. По статистике для граждан очень проблематичными являются такие вопросы как принцип конституционного равенства и его реализация на деле, непонятные формулировки тех причин, при которых возможны ограничения прав и свобод, вопрос о гражданстве. Проблему формулировок признают многие правоведы. Однако вопрос о решении данной проблемы и о повышении эффективности и авторитета Конституции очень дискуссионный. Одни считают, что Конституция неприкосновенна и путем решения является издание дополнительных нормативно-правовых актов, другие говорят о необходимости добавления дополнений в действующую Конституцию.

6) Несоответствие современного законодательства конституционным принципам.

Эта проблема является практически не одной из основных. И речь в ней идет нормативно-правовых актах на всех уровнях правотворчества: федеральном, региональном, муниципальном. Ежегодно министерством юстиции фиксируется огромное количество законов субъектов Российской Федерации, несоответствующих Конституции РФ.

Бесспорно, утверждать о том, что у нас в стране, на данный момент все демократично и справедливо, это как минимум необъективно. Однако мы считаем, что наша страна идет в правильном направлении. Со времени принятия Конституции наша страна прошла через многое, но за эти 20 лет, как нам кажется, было проведено огромное количество положительных преобразований. В нашей Конституции заложен огромный потенциал и основной задачей нынешнего Правительства является реализация этого огромного потенциала, а не внесение каких-то поправок в текст Конституции или издание дополнительных нормативно-правовых актов.

Список литературы:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1. Конституция Российской Федерации.

2. Баранов П.П. Роль конституционного законодательства в модернизации политической системы Российской Федерации на современном этапе. Журнал «Северо-Кавказский юридический вестник», 2012, № 2.

3. Овчинников А.И. Духовные причины правового нигилизма. Журнал «Северо-Кавказский юридический вестник»

4. Малиненко Э.В. Конституции и уставы субъектов Российской Федерации как источник российского права. Монография, ЮРИУ РАНХиГС.

5. Хачанян С.В. Механизмы конституционной ответственности как способ предупреждения конституционных противоречий. Журнал «Северо-Кавказский юридический вестник».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *