Ст 6 конвенции

В Европейский Суд по правам человека можно обратиться с жалобой на нарушения только так называемых конвенционных прав. Это – один из критериев приемлемости жалобы в Страсбургский Суд. Поэтому необходимо понять, что это означает.

Термин «конвенционное право» используется для обозначения принадлежащего лицу

(1) субъективного права, которое

(2) прямо названо в Конвенции о защите прав человека и основных свобод или Протоколах к ней, и

(3) содержание которого определяется Европейским Судом по правам человека и закрепляется в его решениях.

Все три названных составляющих понятия «конвенционное право» являются важными.

«Субъективное право» — это отдельный юридический термин. Им обозначается система правомочий лица, которому на основании норм права принадлежит то или иное благо. Нормы права, то есть правила поведения, в свою очередь основаны на источниках права. Источниками конвенционных прав, что видно из приведенного выше определения, являются Конвенция о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней, а также практика Европейского Суда по правам человека. Безусловно, Страсбургский Суд, наряду с Конвенцией о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней, использует и иные источники международного права.

1. Среди основных правомочий лица, охватываемых понятием «субъективное право», можно назвать возможности:

(1) пользоваться лежащим в основе права благом, то есть извлекать из него выгоду, равно как добровольно отказаться от него, если это допустимо;

(2) потребовать от любого иного лица, в том числе от государственных органов (должностных лиц), не чинить препятствий в пользовании данным благом;

(3) обратиться к государству в лице соответствующих органов (должностных лиц), когда пользование благом практически невозможно без их активных действий;

(4) обратиться к государству в лице соответствующих органов (должностных лиц) за защитой, когда

(а) то или иное частное лицо или другой государственный орган (должностное лицо) чинят препятствия в пользовании благом либо

(б) другой государственный орган отказывается совершить активные действия, без которых пользование благом становится невозможным.

Например, применительно к субъективному праву собственности на квартиру благом будут являться все те выгоды, которые лицо может получить от владения, пользования, распоряжения своей недвижимостью. Человек может проживать в квартире и пользоваться ей как своим домом, может сдать ее в аренду или продать, получив за это деньги (которые также являются собственностью и могут быть использованы как благо), извлекать из нее выгоду другими многочисленными способами. Если кто-то другой в отсутствие надлежащих субъективных прав претендует на эту квартиру, собственник может потребовать прекратить соответствующие действия. Если необходимо, собственник может обратиться к уполномоченным государственным органам за защитой от неправомерного посягательства на его квартиру со стороны других лиц.

Для определения понятия «конвенционное право» нам необходим только первый из названных элементов понятия «субъективное право». Другими словами, право является конвенционным, если пользование лежащим в его основе благом гарантировано Конвенцией о защите прав человека и основных свобод или Протоколами к ней в их трактовке Европейским Судом по правам человека.

Остальные элементы понятия «субъективное право» важны для понимания иных критериев приемлемости жалобы в Европейский Суд по правам человека.

2. Конвенция о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней гарантируют соблюдение далеко не всех прав, которые могут принадлежать человеку в соответствии с национальным правом.

Если перечислить только наименования, то Конвенция о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней гарантируют соблюдение лишь следующих прав и свобод:

(1) право на жизнь (статья 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(2) право не подвергаться пыткам, бесчеловечному и унижающему достоинство обращению и наказанию (статья 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(3) право не подвергаться рабству и принудительному труду (статья 4 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(4) право на свободу и личную неприкосновенность (статья 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(5) право на справедливое судебное разбирательство (статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(6) право на то, чтобы уголовные законы не имели обратной силы (статья 7 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(7) право на уважение частной и семейной жизни (статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(8) свобода мысли, совести и религии (статья 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(9) свобода выражения мнения (статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(10) свобода собраний и объединений (статья 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(11) право на вступление в брак (статья 12 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(12) право на эффективное средство правовой защиты от нарушений конвенционных прав (статья 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(13) право на защиту от дискриминации при пользовании конвенционными правами (статья 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(14) право на уважение собственности (статья 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(15) право на образование (статья 2 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(16) право на свободные выборы (статья 3 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(17) право не быть лишенным свободы за долги (статья 1 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(18) свобода передвижения (статья 2 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(19) право граждан не быть высланными из своей страны (статья 3 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(20) право на то, чтобы не быть повергнутым коллективной высылке (статья 4 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(21) право на процедурные гарантии в случае высылки (статья 1 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(22) право осужденного за совершение преступления на пересмотр решения судом второй инстанции (статья 2 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(23) право осужденного на компенсацию в случае судебной ошибки (статья 3 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(24) право не подвергаться наказанию за преступление дважды (статья 4 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(25) право на равноправие супругов (статья 5 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод),

(26) право на обращение с индивидуальной жалобой в Европейский Суд по правам человека (статья 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод) и несколько других прав, связанных с действием Конвенции о защите прав человека и основных свобод как таковой.

3. Кажется очевидным, что если право не названо в Конвенции о защите прав человека и основных свобод или Протоколах к ней, лицо не может обратиться с жалобой на его нарушение в Европейский Суд по правам человека. Соответственно, если право названо, то можно жаловаться в Страсбургский Суд.

Однако из самого текста Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней часто невозможно понять, каково содержание каждого из названных выше прав. При этом каждое право – и конвенционное, и не относящееся к таковым – имеет множество аспектов. И ни в одной частной ситуации право не может быть затронуто во всем множестве его проявлений. Речь всегда идет о каких-то отдельных аспектах права.

Право толкования Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней на основании статьи 32 самой Конвенции принадлежит исключительно Европейскому Суду по правам человека. Таким образом, определение содержания каждого права, названного в Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколах к ней, находится в руках Европейского Суда по правам человека и реализуется им при вынесении решений по индивидуальным делам.

Следовательно, определение того, затронуто ли в конкретной ситуации, в которой оказалось лицо, то или иное принадлежащее ему право, гарантированное Конвенцией о защите прав человека и основных свобод и Протоколами к ней, а если затронуто, то в каких именно аспектах, практически невозможно без обращения к практике Европейского Суда по правам человека. Более того, сам Страсбургский Суд также не стоит на месте. С помощью своей практики он может с течением времени, а иногда и применительно к отдельным государствам-членам Совета Европы расширять или сужать содержание того или иного права.

Сказанное можно проиллюстрировать примером. Так, Конституция Российской Федерации и российское процессуальное законодательство хотя бы формально гарантируют соблюдением многих принципов справедливого судебного разбирательства при рассмотрении любых споров. Но статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод гарантирует справедливое судебное разбирательство только споров о гражданских правах и обязанностях, либо в случае предъявления лицу уголовного обвинения. Таким образом, рассуждая теоретически, если спор не подпадает ни под одну из этих двух категорий, лицо не может подать жалобу в Европейский Суд по правам человека, так как конвенционное право на справедливое судебное разбирательство не затронуто. Однако понять, что Европейский Суд по правам человека относит к «спорам о гражданских правах и обязанностях» и что называет «уголовным обвинением», можно только после анализа практики Европейского Суда по правам человека. Более того, фактически вопрос может быть поставлен только следующим образом: исходя из практики Европейского Суда по правам человека, затронуто ли в данной конкретной ситуации, в которой оказалось лицо, принадлежащее ему право на справедливое судебное разбирательство спора о гражданских правах и обязанностях или разбирательство в отношении предъявленного ему уголовного обвинения. Очевидно, что ответить на этот вопрос без анализа практики Страсбургского Суда и одновременно материалов конкретного дела невозможно.

Очень важно обратить внимание на то, что в целом ряде случаев в конкретной ситуации могут оказаться затронутыми сразу несколько прав, принадлежащих одному и тому же лицу. И часть из них могут быть конвенционными, а часть – гарантироваться исключительно национальным правом, но не охраняться Конвенцией о защите прав человека и основных свобод и Протоколами к ней. В этом случае жалобу в Европейский Суд по правам человека необходимо подавать на нарушения именно конвенционных прав, даже если лицо считает, что в наибольшей степени оно пострадало от нарушения иных своих прав.

Например, Конвенция о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней не гарантируют соблюдение многих из тех прав, которые в России обозначаются термином «трудовые права». Если человек считает, что его уволили без соблюдения требований трудового законодательства, то часть его субъективных прав, затронутых этим решением, может быть конвенционными, а часть – нет. Так, если лицо сможет обосновать, что действия работодателя затронули (среди прочего) его право собственности на те или иные выплаты, то можно будет сделать вывод, что затронуто его конвенционное право, прямо названное в статье 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Это очень важно понимать, так как в соответствии с критериями приемлемости жалобы в Европейский Суд по правам человека жертва нарушения конвенционного права должна исчерпать средства правой защиты от нарушения именно этого права на национальном уровне. Это значит, что если лицо обращается за защитой от неправомерных действий работодателя в суд, то оно должно прямо указать суду, что затронуто право собственности, так как в защиту именно этого конвенционного права в случае неудачи можно обратиться в Страсбургский Суд. Если же лицо не заявит об этом, а просто перечислит в своем исковом заявлении допущенные работодателем нарушения Трудового кодекса Российской Федерации, то средства правой защиты могут считаться неисчерпанными.

Зачем вообще нужна Конвенция?

Вопрос провокационный. Хотя в повседневной жизни, оплачивая счета ЖКХ или совершая покупки в магазине, люди не часто задумываются о таких материях, как международное право и свободы человека, их роль – как и роль ЕКПЧ – переоценить трудно.

«Аргументов, подтверждающих значение Конвенции, много. Наиболее убедительный, на мой взгляд – это год принятия Конвенции. Это был 1950, всего пять лет после завершения Второй мировой войны. Это неслучайно: конечно, идеи о правах человека оформлялись задолго до этого, но эта война стала наиболее крупной трагедией в истории человечества. Она актуализировала все собранное, возникли идеи и нового формата – что должен существовать некий объем прав человека, который бы не зависел от политического режима, социальной и экономической обстановки, идеологии государства или других внешних факторов. Этот объем было решено закрепить на международном уровне – таким документом и стала Конвенция», – говорит Евгений Фокин.

Конвенция – далеко не первый принятый документ, который гарантирует права и свободы человека. Почему их так много, в чем особенность ЕКПЧ?

Действительно, Европейская конвенция по правам человека – не единственный подобный документ. Так, за два года до ее подписания была принята Всеобщая декларация прав человека. История знает и другие подобные договоры, хартии и соглашения. На этот счет Евгений Фокин приводит два аргумента. Первый: права человека – не та категория, где может быть множество защитных механизмов. Второй: каждый из этих документов выполняет свою функцию, у каждого есть свои особенности.

«Главной особенностью ЕКПЧ является то, что она предусмотрела особый защитный механизм, применительно к правам человека. Это судебный механизм – Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). Другими словами, был создан специальный судебный орган, который призван гарантировать и защищать права человека в европейском пространстве», – считает юрист.

Почему так важна статья 6?

Шестая статья, предусматривающая право на справедливое судебное разбирательство, стала центральной статьей Европейской конвенции по правам человека. Кроме того, многолетняя статистика показывает, что она стабильно остается одной из наиболее популярных при обращении в ЕСПЧ. Однако, как отмечает Евгений Фокин, даже несмотря на ее важность, в целом статьи Конвенции не могут существовать в отрыве друг от друга.

«Они взаимосвязаны и взаимодействуют. Наиболее тесная взаимосвязь статьи 6 со статьей 13 – последняя предусматривает право на эффективное средство правовой защиты. Иными словами, статья 6 конкретизирует механизм, заложенный в статье 13», – уточняет эксперт.

По его словам, при обращении в ЕСПЧ по статье 6, нужно четко понимать, что это в чистом виде процессуальная статья. То есть те вещи, которые в ней заложены, имеют в первую очередь процессуальное значение и касаются только сферы судебного разбирательства. На практике это означает, что ЕСПЧ не занимается пересмотром решений национальных судов. Орган проверяет справедливость судебной процедуры.

«Если пытаться заставить ЕСПЧ пересмотреть решение нацсудов, то можно получить отказ с формулировкой: «Местный суд – это более подходящее место для национального права», — подчеркивает Евгений Фокин.

Какова сфера действия статьи 6?

Сфера действия заложена в самом документе, там отмечается: «В случае спора о гражданских правах и обязанностях». А вот что под этим понимать – вопрос дискуссионный.

«Изначально была предложена другая формулировка, которая не вошла в текст, звучала она так: «В случаях спора о правах и обязанностях, предусмотренных законом». Резко против выступила Великобритания (страна прецедентного права), значение закона там совсем не такое, как в других государствах. Фраза ставила Великобританию в неравное положение, она была резко против, поэтому был принят компромиссный и более абстрактный вариант», – рассказывает юрист.

Толковать формулировку пришлось Европейскому суду по правам человека. «Рецепт» по определению спора как гражданско-правового был предложен в деле «Доймеланд против Германии» 1986 года. По его итогам ЕСПЧ сформулировал следующую позицию: чтобы определить спор как гражданско-правовой, надо, чтобы имущественные, экономические интересы преобладали над публично-правовыми, политическими интересами заявителя.

Как ЕСПЧ трактует статью 6 Конвенции?

По словам Евгения Фокина, в практике Европейского суда по правам человека сформировалась определенная методология. Это то, что принято называть судебными доктринами, которые поясняют, как ЕСПЧ трактует, интерпретирует и применяет Конвенцию.

Таких доктрин существует несколько:

  • Первая – доктрина автономного толкования. Суть концепции в том, что практика ЕСПЧ независима от национального права, орган создает собственную. Это касается и понятийного аппарата: ЕСПЧ формирует содержание понятий, сам дает им трактовку. При этом он никак не связан с теми понятиями, которые имеют место в национальном законодательстве. «Самое интересное, на мой взгляд, понятие – суд. Мы изучаем, что это некий государственный орган, который призван вершить правосудие, независимый, его решения обязательны и так далее. ЕСПЧ исходит же из того, что суд – необязательно государственный орган (а, например, коллегия или коллегиальный орган). И в практике ЕСПЧ достаточно широкие трактовки этого понятия», – отмечает Фокин.
  • Вторая доктрина – доктрина эволютивного толкования. Связана она с «осовремениванием» Конвенции, которая была принята еще в прошлом столетии. «Очевидно, что гражданское судопроизводство в 2019 году принципиально отличается от того, что было в XX веке. ЕСПЧ трактует судебную процедуру, гарантии судебной процедуры, исходя из современных реалий. Это определенный вызов: мы видим, что сейчас перед гражданским судопроизводством возникают новые проблемы. Например, появление цифрового или электронного правосудия. Перед ЕСПЧ стоит задача по толкованию данных тенденций в духе современности», – подчеркивает эксперт.
  • Еще одна доктрина, которую переводят двояко, – доктрина свободы рассмотрения или поля усмотрения. По мнению Евгения Фокина, существует именно некое поле усмотрения, в пределах которого государства могут самостоятельно развивать и толковать свое законодательство. «Конвенция задает только основы правового регулирования, наиболее фундаментальные вопросы, а национальный законодатель так или иначе эти основы развивает и помогает им ассимилироваться в национальном праве. Часто бывает, что заявители, когда обращаются в ЕСПЧ по статье 6, начинают ссылаться на частные вопросы судебной процедуры – например, срок обжалования или распределение бремя доказывания. Это не представляет угрозу несправедливости разбирательства в целом. ЕСПЧ здесь ссылается на доктрину поля усмотрения и указывает, что эти вопросы относятся к усмотрению государств», – отмечает юрист.

Узнать больше о том, как влияет Конвенция по правам человека и практики ЕСПЧ на российское судопроизводство можно в полной версии лекции Евгения Фокина.

Определение терминов

Конвенции

Термин «конвенция» может иметь как общее, так и специальное значение.

a) Термин «конвенция» в общем смысле: в статье 38(1)(a) Статута Международного Суда говорится о «международных конвенциях, как общих, так и специальных» как источниках права, помимо международных обычных норм и общих принципов международного права, а в качестве вторичного источника названы судебные решения и доктрины наиболее квалифицированных специалистов по публичному праву. В этом общем употреблении термин «конвенция» включает все международные соглашения так же, как и общий термин «договор». Общепризнанные принципы и нормы права также традиционно называют «конвенционным правом», с тем чтобы отличать их от других источников международного права, таких, как обычное право и общие принципы международного права. Таким образом, общий термин «конвенция» является синонимом общего термина «договор».

b) Конвенция как специальный термин: если в прошлом веке термин «конвенция» традиционно употреблялся для обозначения двусторонних соглашений, то в настоящее время он, как правило, используется для обозначения официальных многосторонних договоров с участием большого числа сторон. Конвенции, как правило, открыты для участия международного сообщества в целом или большого числа государств. Обычно документы, заключаемые под эгидой международных организаций, называются «конвенции» (например, Конвенция о биологическом разнообразии 1992 года, Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву 1982 года, Венская конвенция о праве международных договоров 1969 года). То же самое относится к документам, принимаемым органом международной организации (например, Конвенция МОТ относительно равного вознаграждения мужчин и женщин за труд равной ценности 1951 года, принятая Международной конференцией труда, или Конвенция о правах ребенка 1989 года, принятая Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций).

См. также статус конвенций >>

Уставы

Термин «устав» (или «хартия») употребляется для обозначения особенно официальных и торжественных документов, таких, как учредительный договор международной организации. Сам термин имеет эмоциональную окраску, которая восходит к Великой Хартии вольностей 1215 года. К числу известных современных примеров относится Устав Организации Объединенных Наций 1945 года и Устав Организации американских государств 1952 года.

Протоколы

Термин «протокол» употребляется для обозначения соглашений, имеющих менее официальный характер, чем соглашения, называемые «договорами» или «конвенциями». Этот термин мог бы использоваться для обозначения следующих видов документов:

a) протокол о подписании представляет собой субсидиарный по отношению к договору документ, составленный теми же сторонами. Такой протокол касается вспомогательных вопросов, таких, как толкование отдельных положений договора, официальных положений, которые не были включены в договор, или решения технических вопросов. Ратификация договора, как правило, будет ipso facto включать ратификацию такого протокола.

b) Факультативный протокол к договору представляет собой документ, который предусматривает дополнительные по отношению к договору права и обязательства. Обычно он принимается в тот же день, однако носит самостоятельный характер и подлежит отдельной ратификации. Такие протоколы позволяют некоторым сторонам договора устанавливать в отношениях между собой такой обязательственный механизм, который выходит за рамки общего договора и принимается не всеми его участниками, в результате чего создается «двуступенчатая система». Известным примером является Факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах 1966 года.

c) Протокол, основанный на рамочном договоре, представляет собой содержащий особые материальные обязательства документ, который предназначен для достижения общих целей предшествующей рамочной или зонтичной конвенции. Такие протоколы предусматривают упрощенный и ускоренный процесс заключения договора и особенно популярны в области международного экологического права. В качестве примера можно привести Монреальский протокол по веществам, разрушающим озоновый слой, 1987 года, принятый на основе статей 2 и 8 Венской конвенции об охране озонового слоя 1985 года.

d) Протокол о внесении изменений представляет собой документ, содержащий положения, которые вносят изменения в один или несколько предшествующих договоров, например Протокол 1946 года о внесении изменений в соглашения, конвенции и протоколы о наркотиках.

e) Протокол в качестве дополнительного договора представляет собой документ, который содержит дополнительные положения к предшествующему договору, например Протокол, касающийся статуса беженцев, 1967 года к Конвенции о статусе беженцев 1951 года.

f) Протокол (Proces-Verbal) представляет собой документ, который закрепляет определенные договоренности, достигнутые договаривающимися сторонами.

Декларации

Термин «декларация» употребляется для обозначения различных международных документов. Однако декларации не во всех случаях являются юридически обязательными. Этот термин часто намеренно выбирается для демонстрации того, что стороны не собираются устанавливать юридически обязательных обязательств, а лишь хотят декларировать определенные чаяния. Примером является Декларация Рио 1992 года. В то же время декларации также могут представлять собой договоры в общем смысле слова, которые должны иметь обязательную силу по международному праву. В этой связи в каждом отдельном случае необходимо определять, намеревались ли стороны устанавливать юридически обязательные обязательства. Выяснение намерений сторон зачастую может быть сложной задачей. Некоторые документы, озаглавленные «декларации», как изначально предполагалось, не должны были иметь обязательной силы, однако позднее их положения могли стать отражением международного обычного права или приобрести обязательный характер в качестве нормы обычного права. Это произошло со Всеобщей декларацией прав человека 1948 года. Декларации, которые должны иметь обязательную силу, можно классифицировать следующим образом:

a) декларация может быть договором в собственном смысле слова. Показательным примером является Совместная декларация Соединенного Королевства и Китая по вопросу о Сянгане 1984 года;

b) декларация о толковании представляет собой документ, который прилагается к договору с целью дать толкование или разъяснение его положений;

c) декларацией может также называться неофициальное соглашение по какому-либо маловажному вопросу;

d) ряд односторонних деклараций (заявлений) могут составлять соглашения, имеющие обязательную силу. Типичным примером являются декларации (заявления) в соответствии с факультативным положением Статута Международного Суда, которые создают правовую связь между делающими их сторонами, хотя они прямо и не обращены друг к другу. Еще одним примером является сделанная Египтом в 1957 году односторонняя Декларация о Суэцком канале и порядок ее действия, которая рассматривалась как обязательство международного характера.

Европейская Конвенция «О защите прав человека и основных свобод» определяет основные права, которые должны быть гарантированы каждому, все зависимости от его расовой принадлежности, религии, национальности или принадлежности к какой-либо социальной группе, кто проживает на территории стран, входящих в состав Совета Европы. В Совет Европы входят 46 стран, включая 26 стран Евросоюза.

В Конвенции перечислены основные права человека, и каждое из них определяется в отдельной статье Раздела 1. Остальные разделы Концепции относятся к учреждению Европейского суда по правам человека и другим вопросам.

Статья 8 определяет права на уважение частной и семейной жизни каждого человека, живущего в пределах границ стран Совета Европы, и относится ко всем иммиграционным решениям, принимаемым властями стран-участников.

Основные положения Статьи 8

1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Таким образом, Статья 8 дает ограниченное право, т.е. вмешательство может быть обоснованным, и если оно обосновано, то не является нарушением права.

Кто может заявлять право на проживание в какой-либо из стран Совета Европы на основании Статьи 8

Любой, кто имеет успешную и стабильную частную и семейную жизнь в любой из стран Совета Европы, в частности, в Великобритании, и может представить этому соответствующие доказательства, может только на этом основании заявить о своем праве остаться в стране. При этом не имеет значения, соответствует ли заявитель внутреннему иммиграционному законодательству UK. В качестве заявителей могут выступать:

  • лица, находящиеся в Великобритании по просроченным визам
  • нелегальные иммигранты
  • просители убежища
  • просители убежища, которым было отказано
  • любой, кто не может получить разрешение оставаться в Великобритании по иммиграционным правилам UK и Правилам Европейской экономической зоны

Критерии для подачи аппликаций на основании Статьи 8

Семейная жизнь может быть основана на следующих отношениях.

Близкие родственники:

  • муж/жена или партнеры по однополому браку
  • партнеры в незарегистрированном (в том числе однополом) браке. В отличие от иммиграционных правил, для подобных союзов не нужно доказывать совместное проживание в течение двух лет
  • родитель/ребенок/усыновленный ребенок

Более широкие родственные отношения:

  • бабушки/дедушки/внуки
  • дяди/тети
  • племянники
  • родители/взрослые дети
  • и некоторые другие.

Семейную жизнь можно считать доказанной среди близких родственников, если в семье есть несовершеннолетние дети, хотя даже в этом случае необходимо представить доказательства близкого родства. Что касается более широких родственных отношений и отношений между взрослыми людьми, то здесь необходимо доказать прочность эмоциональных связей зависимость заявителей друг от друга.

Home Office Великобритании обычно использует следующие пять критериев для того, чтобы оценить, будет ли выдворение лица из страны считаться нарушением прав человека, предоставляемых Статьей 8:

  1. Есть ли у заявителя семейная или частная жизнь в Великобритании?
  2. Будет ли такое выдворение считаться вмешательством в семейную жизнь с последствиями, достаточно серьезными для привлечения Статьи 8?
  3. Было ли вмешательство в семейную жизнь законным?
  4. Преследовало ли такое вмешательство одну из целей, разрешенных Статьей 8(2)?
  5. Соразмерно ли вмешательство разрешенным целям?

Если заявитель предоставит полную картину частной и/или семейной жизни, подтвержденную доказательствами, продемонстрирует возможные последствия выдворения и докажет, что выдворение нанесет серьезный урон семейной/частной жизни, то заявитель может на этом основании получить разрешение на пребывание в стране (Discretionary Leave to Remain), которое обычно выдается сроком на три года.

Следует всегда помнить, что каждый случай индивидуален. Home Office, исходя из субъективных предпосылок, может вынести как положительное, так и отрицательное решение по делу. Более того, даже по двум одинаковым заявкам решения могут быть противоположными, принятыми на усмотрение офицера, рассматривающего каждый конкретный случай.

Наши услуги

  • Консультирование в каждом индивидуальном случае
  • Оценка шансов заявителя и рекомендации по повышению шансов на успех аппликации
  • Полная подготовка и подача от имени заявителя аппликации на основании Статьи 8

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *